США: проблемы проецирования военной мощи

Военное лидерство Соединенных Штатов считается неоспоримым фактом в современной мировой политике. Стремление сохранить глобальное доминирование — обязательный элемент программы любого американского политика, претендующего на высший пост. Оборонный бюджет страны в разы превосходит расходы других государств. Практически каждый вооруженный конфликт нашего времени или недавнего прошлого так или иначе связан с прямым или косвенным участием США.

Сотни зарубежных военных баз, опорных пунктов и объектов армии США расположены за пределами страны. Их присутствие отмечается во всех уголках земного шара. Единственным исключением остается демилитаризованная Антарктида.

Исключительно США обладают сетью из девяти региональных командований, зоны ответственности которых покрывают весь мир — и даже безлюдная Антарктида находится в сфере внимания Тихоокеанского командования (USPACOM).

Только у США есть десять ударных авианосных групп, каждая с полным комплектом кораблей сопровождения и обеспечения. Другие морские державы располагают одним-двуми авианосцами, чьи возможности уступают американским.

Только США имеют на вооружении армады малозаметных стратегических бомбардировщиков, стоимость каждого из которых сопоставима с ценой целого жилого квартала.

Только у США существует отдельный флот беспилотных летательных аппаратов, активно используемый в десятках локальных конфликтов — как для разведки, так и для нанесения ударов, без оглядки на международные судебные решения.

В ракетно-ядерной сфере конкуренцию Штатам составляет лишь Россия. Однако в области обычных вооружений мировой гегемон сохраняет за собой абсолютное превосходство.

Но содержание этой колоссальной военной машины обходится чрезвычайно дорого даже для ведущей экономики мира, обладающей собственной финансовой системой.

Выделение Пентагоном 500 миллионов долларов на подготовку нескольких сотен сирийских повстанцев стало предметом насмешек и жесткой внутренней критики. Особенно после того, как выяснилось, что в боях участвуют лишь единицы из подготовленных бойцов.

Однако сам масштаб расходов является типичным. Еще в 2010 году годовое содержание одного американского солдата в зоне боевых действий обходилось в полмиллиона долларов. Такой солдат не перейдет на сторону исламистов и не станет совершать зверства — это безусловный плюс. Но после возвращения ему потребуется длительная и дорогостоящая социальная и медицинская поддержка. Нет гарантий, что он станет полноценным членом общества и не нанесет ему скрытого или явного ущерба, что ложится тяжелым бременем на бюджет и социальную сферу.

Численность американского контингента в Ираке достигала 170 тысяч человек. В Афганистане — 80 тысяч.

На содержание личного состава, текущую деятельность армии, флота и авиации уходит 65-70% всех оборонных расходов.

Сотни объектов по всему миру требуют постоянного финансирования, причем значительные средства закладываются на их защиту от внешних угроз. Американское глобальное присутствие распределено по планете тонким слоем. А высшее руководство за неспособность концентрировать силы и волю часто подвергается критике.

США достигли безусловного мирового лидерства в 90-е годы и укрепили его после событий 11 сентября 2001 года. Однако содержать массовое присутствие во всех регионах и вмешиваться во все тлеющие конфликты — задача, которая становится непосильной даже для США. Пусть это расходуются деньги, а не кровь американских налогоплательщиков.

За последние пять лет военный бюджет США систематически сокращался. С рекордных 713 миллиардов долларов в 2010 году он упал до 502 миллиардов в 2015. Как удалось урезать оборонные расходы на 30% и тем самым поддержать рост экономики?

За счет вывода основных контингентов из Ирака и Афганистана, что сэкономило триллионы долларов. Однако полностью покинуть разрушенные и дестабилизированные страны не получилось — чтобы победы эпохи Буша-младшего не обернулись новой волной экстремизма.

В Ираке сейчас находится около 3500 американских военных и инструкторов, и их число поэтапно увеличивают с учетом сирийского кризиса. В Афганистане недавно решили оставить группировку в 10 000 человек. Это элитные подразделения, лучшие из лучших, а потому — самые дорогостоящие.

Кроме того, необходимо перебрасывать бронетехнику в страны Прибалтики и Восточной Европы для «сдерживания» России. Размещение нескольких танков в Эстонии и БТР в Литве, по замыслу, должно решить эту задачу.

Приходится направлять корабли и силы к островам Спратли в Южно-Китайском море, чтобы сдерживать Китай. В территориальном споре, который ведут шесть стран за десять тысяч километров от США, Вашингтон также считает необходимым участвовать.

Требуется содержать базы в странах Персидского залива для защиты от Ирана, террористов и внутренних волнений. Демократия «арабской весны» на эти монархии не распространяется.

С августа 2014 года США ведут операции в Сомали. Значительные средства тратятся на борьбу с ИГИЛ* и на подготовку армий Ирака и Афганистана.

Необходимо выделять крупные суммы Израилю, чья оборона во многом зависит от американской помощи. Отправлять инструкторов на Украину. Помогать курдам и «умеренным» сирийским повстанцам. Контролировать ситуацию в Южной Америке и Африке. Даже участвовать в борьбе с наркокартелями в Мексике.

Нужно проводить учения со всеми 28 странами НАТО, словно терпеливому воспитателю в детской группе, и за свой счет. Полезно, но дорого и хлопотно.

Помимо колоссальных затрат на глобальное проецирование силы, эту силу становится некому проецировать.

Американцы с уважением и гордостью относятся к своей армии, но лишь на расстоянии — через экраны телевизоров и газетные статьи. После отмены призыва в 1973 году армия стала профессиональной, высокотехнологичной и могущественной, но утратила глубокую связь с обществом.

По целому ряду причин служить желают менее 1% потенциальных призывников. Возможности для самореализации вне армии велики. Кроме того, ведется строгий отсев лиц с тягой к насилию. Сообщения о стрельбах в школах и колледжах — печальная обыденность. А если преступник доберется до места на танке?

Ценности общества и облик молодежи не совпадают с требуемыми качествами новобранца. Величайшая военная машина ищет глобальные цели, пытаясь совместить их с возможностями государства, и испытывает одновременно финансовый и кадровый голод. Как говорил один киногерой: «Мне отсюда только два пути…».

Либо в США восстановят призыв, увеличат военные расходы и получат возможность для полномасштабного участия в новых авантюрах, например, в Сирии, чего активно добиваются республиканцы.

Либо страна пойдет по пути расширения использования частных военных компаний и Иностранного легиона, сконцентрировавшись на ключевых регионах и уйдя из второстепенных. Этот вариант ближе демократам.

Будущая стратегия армии США определится на президентских выборах 2016 года. В ближайшие же 12 месяцев внешняя военная активность будет подчинена предвыборной пропаганде, осуществляться по остаточному принципу и ограниченными силами.

*Террористическая организация, запрещенная в России.