«Мягкое золото» России. Как пушнина стала поводом для освоения Сибири

В XVI-XVII веках территория нашей страны значительно увеличилась благодаря присоединению Сибири. Покорение сибирских земель было для русских землепроходцев сродни Великим географическим открытиям. Как настоящее золото заставляло европейцев пускаться в опасные и далекие путешествия, так «мягкое золото» привлекало самых бесстрашных и предприимчивых людей Российского государства.

Древняя валюта   

Начиная с IX века восточнославянские племена активно ведут торговлю с соседями. Основной товар, который они могут предложить, – меха. Русскую пушнину высоко ценили византийские и арабские купцы, скандинавские воины, торговцы из Западной Европы. Спрос на нее легко объяснить. Во-первых, животные со шкурками нужного качества в таких количествах обитали только на территории Руси. Кроме того, презентабельный вид пушнины превращал ее в предмет роскоши, обладать которым желали представители правящих домов и знати в разных странах мира. К тому же, легкие и прочные меха хорошо сохраняли тепло, а изготавливать одежду из них было несложно. Любопытно, что меховые изделия носили тогда не только на улице, но и дома. Жилища почти не отапливались, и даже в богатых покоях приходилось согреваться с помощью теплой одежды.

В Древней Руси пушнина была главной валютой и основным источником княжеского дохода. Неслучайно одна из денежных единиц восточных славян носит название «куна» – то есть, эквивалент шкурки куницы. Объединив под своей властью несколько крупных племен, князь Олег в 883 году обложил древлян данью «по черной куне». Новгородские купцы меняли пушнину на изысканные заморские товары – благовония, вина, драгоценности. Если кто-то из княжеской дружины убивал или калечил иностранца, возместить ущерб также можно было мехом. В 1216 году в принадлежавшей новгородцам Пермской земле во время торгового спора убили скандинавского торговца. За его смерть пришлось уплатить штраф беличьими шкурками. Существовало даже особое наименование – векша, о которой сказано в «Повести временных лет». Векша равнялась 1/6 куны, поскольку беличий мех дешевле куньего.

Сибирские богатства

Стремление добыть как можно больше собольего меха толкало землепроходцев на восток, вслед за ареалом распространения пушного зверя. Роль «мягкого золота» возросла благодаря погодным условиям. Низкие температуры в XVI веке достигли пика к 1560-м годам, и спрос на мех резко возрос. Русские меха пользовались огромной популярностью не только на родине, но и в Англии, Голландии и Германии. К этому времени белка и куница почти утратили свою ценность, уступив соболю. Его шкурки были больше по размеру, прочнее и красивее. На одну шубу уходило 40-80 таких шкур. Раньше на соболя охотились в северной Руси – Архангельске и Вологде. Когда природные запасы иссякли, пришло время двигаться на восток.

Началось освоение Сибири, главным действующим лицом которого выступил казачий атаман Ермак Тимофеевич. В зависимости от Москвы находился тогда сибирский хан Кучум, но ясака он платил мало – всего 1000 соболиных шкурок за год. Впоследствии он совсем откажется выплачивать ясак, хотя существование Сибирского ханства было крепко связано с пушным промыслом.  Ермак разбил войска Кучума в 1582 году, но политику хана продолжил. Собирая с местных жителей дань мехами, он отправил Ивану Грозному подарок – две с половиной тысячи шкурок.

Зимой 1648 года царь Алексей Михайлович вступил в переписку с казаками Герасимом Анкудиновым и Семеном Дежневым. Они находились в Нижнеколымском остроге, но оба хотели возглавить экспедицию в Анадырь – добывать соболя. Государь спросил, сколько пушнины каждый казак мог бы доставить в казну. Семен Дежнев обещал привезти двести штук соболей, но Герасим Анкудинов перебил его, пообещав 280. Однако азартный Дежнев не сдался и прибавил еще десяток – в счет будущей прибыли. Тем временем доходы от сделок с сибирской пушниной в XVII веке составляли четверть казны — целых 600 000 рублей. Были созданы Соболиная казна и Соболиный приказ.

Из Сибири – в модные столицы

Пушным промыслом чаще всего занимались артели из нескольких человек, поодиночке действовали только самые выдающиеся умельцы. Охотники собирались в одном и том же месте, вооружившись луками и ружьями. Другой способ – выставить самоловные орудия или капканы. Группа охотников, вышедших на промысел, называлась ватагой. Их возглавлял передовщик: он выбирал места промысла и делил большие артели на части. Возвращаясь, охотники отдавали артельному передовщику всех добытых соболей и других зверей. Сам передовщик приходил на промысел заранее, он также отвечал за изготовление нарт, лыж и специальной обуви для охотников. Только так по бездорожью можно было выследить добычу. Каждый охотник сам или с помощью собаки волок нарты с добычей к назначенному месту. После того как ватага завершала свой поход, шкурки продавали купцам.

Долгое время меховые изделия воспринимались как свидетельства богатства и высокого статуса. Носили, конечно, не только соболя. Распространены были шубы из меха лисы, хорька, енота. Правда, красотой меха мог блеснуть лишь слабый пол. Дело в том, что только женские шубы традиционно шили мехом наружу. Что касается мужской зимней одежды, то до XX века она чаще всего изготавливалась мехом внутрь. Исключением были водители первых легковых автомобилей без отопления, а также извозчики. Богатые юноши могли позволить себе меховые куртки, предназначенные для зимних видов спорта – например, катания на коньках. В XIX веке в Петербурге и Москве было несколько фирменных магазинов по продаже воротников и шапок из шкурок камчатского бобра. Повседневность русского человека, привыкшего к суровым зимним холодам, была прочно связана с мехом вплоть до недавнего времени, когда на смену шубам стали приходить качественные искусственные утеплители.