Катастрофа в бухте Чажма

10 августа 1985 года в бухте Чажма Приморского края произошла одна из самых тяжелых радиационных аварий в истории советского атомного флота. Взрыв при перезагрузке активной зоны реактора подводной лодки К-431 унес жизни десяти человек и привел к масштабному радиоактивному загрязнению. Расследование показало, что трагедия стала результатом роковой цепочки нарушений и обычной человеческой халатности.

Роковая цепь нарушений

Атомная подводная лодка К-431 проекта 675 находилась на плановом ремонте и перезагрузке топлива на Судоремонтном заводе №30. Операция по замене отработавших тепловыделяющих сборок в двух водо-водяных реакторах ВМ-А была рутинной, но требовала строжайшего соблюдения регламента. Первый реактор перезагрузили без проблем, но при испытании герметичности крышки второго обнаружилась протечка. Причиной был огарок сварочного электрода, попавший на уплотнительную прокладку.

Вместо того чтобы составить акт о нештатной ситуации и действовать по инструкции, собравшаяся утром 10 августа комиссия из шести офицеров приняла роковое решение. Они постановили поднять многотонную реакторную крышку, чтобы убрать помеху. При этом, чтобы сэкономить время, они не стали фиксировать стопорами компенсирующую решетку со стержнями аварийной защиты, что являлось грубейшим нарушением.

Взрыв, который потряс бухту

Подъем крышки осуществлялся краном плавучей мастерской ПМ-133. В критический момент, около полудня, по бухте на высокой скорости прошел катер-торпедолов. Поднятая им волна раскачала плавмастерскую. Кран дернулся, и крышка вместе с компенсирующей решеткой поднялась выше безопасного предела. Это привело к мгновенному началу неконтролируемой цепной реакции в свежезагруженном ядерном топливе.

Последовал мощный взрыв. Реакторная крышка, словно пробка, вылетела и упала у берега. Активная зона была частично выброшена в окружающую среду. В реакторном отсеке вспыхнул пожар, а в корпусе субмарины образовалась полутораметровая трещина. Все восемь человек, находившиеся в отсеке, включая членов комиссии, погибли мгновенно. Еще двое погибли на палубе.

Борьба с последствиями и радиоактивный след

Ситуацию усугубляла угроза затопления поврежденной лодки. Ее удалось вытолкать на мель с помощью буксира, что предотвратило попадание разрушенного реактора на глубину. Личный состав плавмастерской и пожарные катера вступили в схватку с огнем, получая огромные дозы радиации.

Хотя мощность реактора подлодки была несопоставима с чернобыльским, выброс радиоактивных веществ оказался значительным. Крупные обломки топлива и «горячие частицы» разбросало по территории завода, а радиоактивное облако, сформировавшееся от взрыва и пожара, накрыло поселок Дунай и ушло в сторону бухты Стрелок. Местное население не было проинформировано об опасности, что привело к дополнительному облучению.

Ликвидация последствий, в которой участвовало около двух тысяч человек, заняла годы. Зараженный грунт срезали и захоранивали. Количество пострадавших от облучения, первоначально оцененное в 290 человек, к началу 1990-х годов приблизилось к тысяче. Долгие годы авария была засекречена, что породило множество слухов и осложнило оценку реального ущерба для здоровья ликвидаторов и жителей.

Эта авария стала одним из первых звонков, показавших системные проблемы в культуре безопасности атомного флота СССР. Работы велись с грубыми нарушениями регламентов, часто в угоду плановым срокам. Спустя девять месяцев Чернобыль продемонстрирует, к каким катастрофическим последствиям может привести подобный подход в гораздо большем масштабе.

Судьба К-431 была предрешена. Лодку, а также стоявшую рядом К-42, признали не подлежащими восстановлению. Реакторный отсек аварийной субмарины залили бетоном и после длительного хранения утилизировали. Единственный выживший из числа главных фигурантов, капитан 3-го ранга Ткаченко, получил условный срок, учитывая тяжелое состояние его здоровья. Чажминская трагедия навсегда осталась черной страницей в истории, напоминанием о цене, которую приходится платить за пренебрежение правилами при работе с атомом.