Два диплома за контузию

Личный дневник артиллериста Александра Курдюкова, прошедшего через финскую и Великую Отечественную войны, раскрывает не только жестокие реалии боев, но и поразительные истории спасения, которые десятилетиями оставались тайной даже для близких. Эти записи, сделанные по горячим следам в госпиталях, стали уникальным свидетельством солдатской судьбы, полной трагических потерь, случайного везения и мистических совпадений.

От Десны до Киева: первые испытания огнем

Война застала Александра Курдюкова на берегу Десны. Его родная деревня в Можайском районе вскоре была оккупирована, где погибла его мать, а отца казнили фашисты. Связь с домом оборвалась навсегда. В конце августа 1941 года его артиллерийский полк получил приказ выдвинуться навстречу немецкой колонне, наступавшей на Киев. На скошенном поле под прикрытием стогов сена бойцы ждали появления танков. Когда до цели оставалось около полутора километров, гаубицы открыли огонь. К ним на помощь успели подоспеть курсанты Харьковского противотанкового училища. В том бою Курдюкову удалось подбить две вражеские машины, но близкий разрыв снаряда серьезно контузил его.

Госпитальные университеты и дорога на юг

Раненого отправили по цепочке госпиталей — из Белополья в Горловку, а затем в Тбилиси. Его состояние было настолько тяжелым, что профессор медицинского института Дидебулидзе, осмотрев пациента, поручил его двум студенткам со словами: «Этот пациент – судьба ваших дипломов». Полтора месяца будущие врачи выхаживали бойца, который не мог даже лежать. Их усилия увенчались успехом, и в торжественной обстановке девушкам вручили дипломы, а Курдюков получил полугодовой отпуск.

Ехать было некуда — родные места оставались под оккупацией. Вместе с товарищем по госпиталю, Тимофеем Бредихиным, он отправился в Ереван, где несколько месяцев проработал сторожем на кондитерской фабрике, прежде чем снова получить повестку на фронт.

Кавказский фронт и мистическое предсказание

Новый этап службы проходил на Кавказском фронте. Часть, в которой служил Курдюков, преследовала отступающего врага от Туапсе до Новороссийска. В районе станицы Крымская бойцы ворвались в практически полностью разрушенное поселение. Среди печных труб уцелел один дом. Забежав внутрь, чтобы напиться воды, солдаты увидели старуху, гадавшую на картах. Она предложила погадать. Предсказание для Александра было двойственным: он вернется домой, но очень больным. Его товарищам же она просто посоветовала беречься. Едва они выскочили из дома, оба бойца были сражены пулями. Курдюкова пуля лишь ранила в ногу, отправив его в краснодарский госпиталь.

История Александра Курдюкова — это яркий пример того, как личные архивы дополняют официальную хронику войны. Подобные дневники, которые фронтовики часто вели вопреки запретам, сегодня являются бесценными источниками, позволяющими увидеть войну через призму человеческого восприятия, со всеми ее абсурдными случайностями и глубоко личными драмами. Судьба Курдюкова, прошедшего через плен, длившийся считанные минуты, и несколько тяжелых ранений, показывает, насколько хрупкой могла быть грань между жизнью и смертью на фронте. Его записи — не просто воспоминания, а документ эпохи, где переплелись героизм, трагедия и ирония судьбы, определившей жизнь целого поколения.