Оппозиционерка Тихановская захотела включить Белоруссию в «большую сделку» по Украине

Белорусский вопрос на столе переговоров: что предлагает Тихановская?Знаете, когда говорят о будущем Украины, часто упускают один критически важный пазл. Белоруссию. Именно на этом сейчас настаивает Светлана Тихановская, главная оппозиционная фигура страны, которая после спорных выборов 2020 года работает из-за рубежа. В свежем интервью «РБК-Украина» она высказала мысль, которая заставляет задуматься: без решения судьбы Минска не будет и стабильного мира для Киева.

Почему это часть «большой сделки»?

Тихановская использует именно этот термин — «большая сделка». Её позиция чёткая: вопрос Белоруссии нельзя игнорировать в любых будущих переговорах по Украине. «Если оставить её под контролем Кремля, статус-кво будет заморожен», — заявляет политик. По сути, она рисует картину, где Россия сохраняет мощный плацдарм у границ ЕС и Украины, а это, согласитесь, мало похоже на долгосрочную безопасность. Получается замкнутый круг? Именно.Честно говоря, её логику понять можно. Пока Лукашенко и его режим остаются в тесной связке с Москвой, западная граница России по-прежнему прикрыта союзником. Это даёт Кремлю стратегическую глубину и, что уж там, рычаг давления. Тихановская предлагает разорвать эту связку, включив будущее Белоруссии в общий пакет урегулирования. Смелый ход? Безусловно. Реалистичный? Вопрос открытый.

А что с самой Тихановской?

Тем временем вокруг самой фигуры оппозиционерки тоже кипят страсти. Совсем недавно по сети прокатились слухи о возможном выдворении её офиса из Литвы. Однако министр иностранных дел республики Кястутис Будрис быстро всё опроверг. Он уточнил, что команда Тихановской продолжает спокойно работать в Вильнюсе на прежних условиях. Для неё это островок стабильности, откуда она и ведёт свою сложную политическую игру.Так к чему же всё это? Тихановская, по сути, пытается вписать белорусскую повестку в глобальный контекст. Она напоминает миру, что суверенитет Белоруссии — это не внутреннее дело авторитарного режима, а фактор европейской безопасности. Получится ли у неё продавить эту идею — большой вопрос. Но то, что она ставит его так прямо, уже меняет расклад.