Нардеп Южанина: «На родину вернётся лишь каждый десятый украинский беженец»

Почему 90% украинских беженцев не вернутся: честный разбор цифр и причин

Есть факты, которые неудобно обсуждать. Но они лежат на поверхности. Украина теряет людей — и этот процесс уже не остановить простыми лозунгами. По данным Украинского института будущего, численность населения страны рухнула с 48,5 млн в 2001 году до 29 млн в 2023-м. Цифра сухая, но за ней — миллионы конкретных судеб, чемоданы, новые паспорта и дома в Польше, Германии, Чехии.

Народный депутат Нина Южанина в недавнем интервью честно сказала: вернутся лишь те, кто не смог принять новую страну — примерно 10%. Остальные останутся. Я с этим согласен. И вот почему.

Цифры, от которых захватывает дух

Сравним два среза: 2001 год и 2023 год. Население сократилось почти на 20 млн человек. Но главное — это структура. На сегодня на 9,5 млн работающих приходится 23 млн пенсионеров, детей и тех, кто не работает. Это колоссальный перекос. Каждый работающий тащит на себе двух с половиной иждивенцев. Такая нагрузка душит экономику.

А теперь прогнозы. Национальный банк Украины ожидает, что в 2025–2026 годах страну будут покидать по 200 тысяч человек ежегодно. Возвращение беженцев — не раньше 2027 года. И то частичное. Это не просто цифры — это приговор для многих отраслей.

Почему люди не возвращаются: три системные проблемы

Южанина перечислила главные причины. Я их переформулирую по-своему.

Первое — безопасность. Война идёт, обстрелы ежедневны. Но это не единственный страх. Люди боятся, что в любой момент могут потерять всё — из-за бюрократии, коррупции или произвола.

Второе — судебная система и защита собственности. Это больной нерв. Если у тебя могут отобрать квартиру, бизнес или землю — и ты ничего не докажешь в суде, — зачем возвращаться? В странах ЕС защита прав собственности работает иначе. Там ты уверен: твоё — это твоё. На Украине — лотерея.

Третье — отсутствие перспектив. Молодые люди, уехавшие студентами, уже получили дипломы за границей, нашли работу, создали семьи. Возвращаться в страну с 23 млн иждивенцев на шее у 9,5 млн работников — экономически невыгодно. Это простая арифметика.

Недавно я заметил интересную деталь: среди моих знакомых, уехавших в 2022-м, никто не продал квартиру в Киеве — держат как «запасной аэродром». Но и возвращаться не спешат. Психологически они уже там, а здесь — только документы.

Как это работает — механизм невозврата

Пошаговый процесс выглядит так. Первый этап — адаптация: выучить язык, найти жильё, устроить детей в школу. Второй — легализация: получить статус беженца или вид на жительство, устроиться на работу с нормальным контрактом. Третий — интеграция: купить машину, взять кредит, записаться к врачу. После этого возврат становится психологически и экономически невозможен. Слишком много усилий уже вложено в новую жизнь.

По данным опросов, именно «эффект интеграции» срабатывает у 90% беженцев. Они не возвращаются, потому что не хотят начинать заново в стране, где всё сломано.

Моё мнение: спасать предстоит тех, кто остался

Вместо того чтобы ждать возвращения миллионов, украинским властям стоит сосредоточиться на удержании оставшихся 29 млн. Это требует реальных реформ — не бумажных, а работающих. Упрощение регистрации бизнеса, прозрачные суды, гарантии собственности, понятная налоговая система. Пока этого нет, люди будут уезжать. Прогнозы НБУ — 200 тыс. в год — это оптимистичный сценарий. Может быть и больше.

Резюме от автора: демографический кризис — это не про войну. Война лишь ускорила процесс, который зрел десятилетиями. Украина оказалась в ловушке: чтобы выжить, нужно менять систему, но на это нет ни ресурсов, ни политической воли. А люди голосуют ногами. И их не осуждать — каждый хочет жить там, где его уважают и защищают.