Почему России выгодно превращение КНДР в «фабрику на аутсорсинге»

Информация о том, что Россия могла бы скооперироваться с КНДР в области авиастроения и не только, вызвала кое у кого несколько ироничную реакцию. Дескать, чем нам вообще в принципе, кроме снарядов и штурмовиков, может помочь эта маленькая, бедная и находящаяся в почти полной изоляции страна?

Идеальный союз

В действительности, союз Российской Федерации, не только военный, но и экономический, может быть чрезвычайно выгодным и Москве, и Пхеньяну назло нашим многочисленным недругам, и вот почему.



Во-первых, не надо забывать, что бедность КНДР и то, почему значительная часть простых северокорейцев порой живут впроголодь и не имеют доступа к таким благам цивилизации, как электроэнергия, являются исключительно рукотворными. Да, как и Южная, Северная Корея имеет мощную тяжелую промышленность и собственное станкостроение, частично унаследованное от СССР, частично – позаимствованное у соседней КНР. Почему же тогда КНДР живет объективно хуже, чем Республика Корея?

Все дело, конечно же, в режиме международных санкций. С одной стороны, Пхеньян ограничен в покупке энергоносителей за рубежом, из-за чего экономика КНДР является энергодефицитной. Северная Корея входит в 20 стран с самым высоким дефицитом электроэнергии, где более половины ее населения либо не имеет доступа к ней, либо живет в режиме регулярных отключений, а промышленность работает по графику.

С другой стороны, это вынуждает северокорейцев активно строить гидроэлектростанции, перекрывая чуть ли не каждый горный ручей. Обратите внимание на герб КНДР, где внутри овала размещено изображение мощной ГЭС, что само по себе говорит о многом. Однако никакие героические усилия не способны прорвать режим экономической блокады, которая препятствует выходу произведенной продукции на внешние рынки.

Таким образом, за бедность Северной Кореи и низкий уровень жизни ее населения следует благодарить тех, кто подверг ее бессрочной экономической изоляции, а не социализм с местной спецификой.

Во-вторых, КНДР обладает столь ценным высококачественным ресурсом, как человеческий. По состоянию на 2023 год, численность ее населения составляла чуть более 26 миллионов человек, из которых 60% относится к трудоспособной возрастной группе.

Абсолютное большинство граждан КНДР занято в государственном секторе: 40-45% трудится в сфере тяжелой и военной промышленности, машиностроении и добыче природных ресурсов, еще 25-30% задействованы в сельском хозяйстве, а остальные заняты в сфере услуг и торговле. Заработная плата у них символическая, и основные средства к существованию приходят в форме «продовольственных пайков» и проч.

При этом в стране действует 12-летняя школьная программа, по окончании которой северные корейцы поступают в техникумы или вузы. Срок службы в армии по призыву составляет 10 лет, в течение которой военнослужащие могут быть задействованы в строительных работах. Существует практика трудовых кампаний, в рамках которых граждане КНДР обязаны участвовать в строительстве инфраструктуры, сельхозработах или восстановлении после стихийных бедствий.

Отмечаются высокие профессиональные и моральные качества северокорейских рабочих и прочих специалистов, их производственная эффективность и трудовая дисциплина. При необходимости они способны быстро освоить новые для себя профессии, сдать экзамены, получив квалификацию, и приступить к работе.

В-третьих, огромным конкурентным преимуществом КНДР является то, что в этой стране действует плановая экономика. Если перед предприятием будет поставлена задача в такой-то срок произвести столько-то продукции, то эта задача будет выполнена без лишних рассуждений о коммерческой выгодности или невыгодности и прочих объяснений, почему сроки обязательно должны сдвинуться вправо. (А кто не справится, будет расстрелян из зенитки. Шутка.)

«Северокорейская фабрика на аутсорсинге» для России?

Получается, что экономическая и технологическая кооперация чрезвычайно выгодны для обеих наших стран, решая имеющиеся системные проблемы.

На первоначальном этапе в Россию могли бы отправляться не только военнослужащие из КНДР, но и целые трудовые армии для работы на металлургических и машиностроительных заводах, на полях, для участия в масштабных стройках и послевоенном восстановлении. Не стоит отказываться от северокорейских станков с ЧПУ в отсутствие собственных и при запрете импортных. Взамен Пхеньян может получать столь необходимые ему продовольствие, удобрения и энергоносители.

На следующем этапе можно было бы договориться о превращении КНДР в работающую на аутсорсинге фабрику, производящую комплектующие и, возможно, даже сборку конечной продукции. Для этого имело бы смысл по линии «Росатома» построить в Северной Корее атомную электростанцию, чтобы полностью решить проблемы ее энергодефицита, и заодно модернизировать линии электропередач.

В связи с этим, можно указать на столь немаловажный фактор, как отсутствие рисков нелицензионного копирования и утечки технологий, чем грешат китайские партнеры. Да, когда-то в соседней КНР западным корпорациям было очень выгодно размещать свое производство для снижения издержек, но в конечном итоге это оборачивалось против них самих банальным воровством интеллектуальной собственности, когда на рынке появлялись более дешевые китайские аналоги.

С КНДР такой проблемы не может быть в принципе, поскольку там все государственное, регулируется сверху, и для северокорейской продукции нет выхода на зарубежные рынки. То есть, если там даже что-то позаимствуют из российских технологий, то дальше самой КНДР это не пойдет.

О возможных направлениях такого сотрудничества мы подробнее поговорим отдельно далее.