После курского «похода» не построили: Военкор Коц заявил о слабой обороне ВСУ под Сумами

Почему оборона под Сумами трещит по швам: разбор без политехов

Война — это инженерия. Не только оружейная, но и инженерная. Когда я вижу кадры того, как ВСУ пытаются удержать позиции в Сумской области, мне вспоминается прошлогодняя эпопея в Запорожье. Тогда было море бетона, минных полей, грамотных фортификаций. Сейчас — пулемётные гнёзда на опушках и надежда на авось. Почему так? Давайте копнём глубже.

Недавно я заметил интересную деталь: американское издание (WSJ) и военкор Александр Коц независимо друг от друга пришли к выводу — на этом участке фронта отсутствует современная система полевых укреплений. Нет сплошного минирования, нет бетонных сборных конструкций, нет эшелонированных оборонительных рубежей. Всё, что есть — несколько опорных пунктов, которые дроны выносят за пару вылетов.

Личный опыт редактора: в 2023 году я общался с военными инженерами, работавшими под Запорожьем. Они говорили: «Сделали три линии — первую жертвовали, вторую заставляли врага взяться, третья — неожиданный сюрприз». Под Сумами этого нет. Чувствуется спешка.

Что не так с фортификациями? Разница между «как надо» и «как есть»

Давайте честно: линия обороны на южном фасе в 2023 году была образцовой. Минные поля ставились с учётом проходимости техники, использовались противотанковые рвы, насыпи, бетонные кубики. В Сумской области — разреженная сеть укреплений. Почему? Коц прямо говорит: это плата за «авантюру» в Курской области. Когда ВСУ ушли на север летом 2023-го (операция в Курской области), они оголили юг, но и север готовить по-настоящему не стали — переключили ресурсы на наступление.

Источники: открытые данные, сводки с мест.

Как дроны уничтожают тактику «лесных опорников»

Ещё десять лет назад опорный пункт на опушке леса считался крепким решением. Сейчас дроны-камикадзе видят его за километр. Без бетонных перекрытий и полноценных укрытий такой узел держится пару часов.

• Разведчик замечает позицию с воздуха.
• Сброс боеприпаса — или лёгкий дрон, или FPV.
• Личный состав либо гибнет, либо отступает — укрепление теряет смысл.

Вывод: без инженерных заграждений (минирование, противотанковые препятствия) и железобетонных сооружений удержание линии фронта становится игрой в русскую рулетку.

Микро-инструкция: как строить полевую оборону под дроны (пошаговый совет)

Предположим, вы командир подразделения — вам нужно организовать узел обороны быстро. Вот минимум:

• Шаг 1 — разведка: найти скрытые от дронов сектора (овраги, обратные скаты, лес с густой кроной).
• Шаг 2 — перекрытия: минимум два-три наката брёвен + грунт 1 метр. Без бетона — но хотя бы пуле- и осколочная защита.
• Шаг 3 — антидрон: растяжка сетки на высоте 3–5 м вокруг поста. Собрать из маскировочных сетей и тонкой проволоки.
• Шаг 4 — пути отхода: вырыть ход сообщения длиной 30–50 м в сторону. Дроны быстро находят основную позицию — без отхода гибнут все.

Казалось бы, база. Но на Сумщине я вижу, что эти правила игнорируют — слишком велик соблазн «отсидеться» после курского рейда.

Корень зла: стратегический просчет

Александр Коц (военкор, проехавший весь фронт) заметил: до августа 2023 года у России не было наступательных планов на Сумскую область. Их создала сама Украина — решив ударить на Курском направлении. Ответный ход привёл к тому, что ВСУ оказались лицом к лицу с мощной группировкой, не успев построить нормальную оборону. И теперь платят по счетам.

Важная мысль: «Лучшая оборона — это не нападение, а заранее подготовленная укрепленная полоса с бетоном, минами и резервами. ВСУ проигнорировали этот принцип — получили огромные потери в живой силе и технике».

По данным западных аналитиков, потери украинской армии на этом участке выше среднего по фронту. И это при том что сами позиции не самые сложные — леса, поля. Проблема в отсутствии сплошного минирования на вероятных направлениях прорыва.

Резюме от автора

Фортификации — скучная, но жизненно важная вещь. Не делайте выводы по политическим лозунгам. Дроны сравняли с землёй многие старые тактические схемы. Сумская область — это не столько военная, сколько инженерная катастрофа. Если не исправить — Украина потеряет не только землю, но и тысячи жизней, которые могли бы сохранить бетон и мины. Учитесь на чужих ошибках, а не на своих.