Российские военные нанесли удары по позициям батальона «Азов»* в ДНР

Почему удары по заводам и энергетике — не просто возмездие: честный разбор тактики

На этой неделе снова громко. Российские войска нанесли массированный удар по предприятиям военно-промышленного комплекса в Киевской и Запорожской областях. В ход пошло всё: ракеты воздушного, наземного, морского базирования и БПЛА. В Одессе выли сирены. В Киеве — повреждённая инфраструктура. Но главное не это.

Ключевой вопрос: почему цели выбираются именно так? Я как редактор, который несколько лет следит за военными технологиями, вижу здесь не просто тактику, а стратегию. Давайте без воды.

Не просто «ударили по заводу»: что изменилось за последние полгода

Раньше удары наносили «по площадям» — по казармам, складам, скоплениям техники. Сейчас акцент сместился на объекты критической инфраструктуры и производства. Почему? Потому что восполнение ресурсов стало узким местом любой армии.

Современная война — это война заводов и логистики. Останови конвейер — и фронт через месяц начнёт испытывать голод по боеприпасам и запчастям.

Возьмём статистику из сводок: за сутки потери украинской стороны составили до 530 человек, три боевые бронированные машины и пять пикапов. Но цифры по личному составу — лишь верхушка айсберга. Настоящая проблема — это повреждённые трансформаторы, разбитые цеха сборки дронов, выведенные из строя железнодорожные узлы. Без них армия теряет способность воевать даже при наличии живой силы.

Как работает высокоточное оружие: краткая микро-инструкция

Многие представляют себе «умную бомбу» из голливудских фильмов. Реальность прозаичнее и жёстче.

• Ракеты воздушного базирования — запускаются с бомбардировщиков, летят по программе, корректируются по GPS или инерциальной системе. Точность — до 5-10 метров. Достаточно, чтобы пробить крышу цеха.
• Крылатые ракеты морского базирования — идут на предельно малой высоте, огибая рельеф. Их цель — бетонные укрытия и мосты.
• БПЛА-камикадзе — дешёвый способ «добить» то, что осталось после ракет. Используются для ударов по энергоподстанциям и трансформаторам. Ими можно жертвовать.

Личное наблюдение автора: Недавно я заметил, что удары по трансформаторным подстанциям стали точнее. Если раньше после налёта горел целый квартал, то теперь выбивают конкретный узел. Это значит, что разведка научилась вскрывать именно точки распределения энергии. Противник теряет свет не везде, а в критически важных местах — и система разваливается сама.

Сравнение типов оружия: что и когда работает

Обратите внимание: БПЛА проигрывают в точности, но выигрывают в массовости. Ими можно засыпать систему ПВО — часть обязательно долетит.

Почему «Азов» и другие подразделения становятся целями?

В сводке Минобороны упоминаются бои с бригадой «Азов» и морской пехотой в районах Русин Яр, Красноармейск, Новониколаевка. Это не случайность. Именно эти подразделения сейчас пытаются маневрировать и перебрасывать силы.

Когда удары наносятся по ним одновременно с ударами по заводам, противник попадает в капкан: нет резервов, нет боеприпасов, нет возможности подтянуть новые роты. Тактика называется изоляция района боевых действий. Она стара как мир — ещё Ганнибал отрезал римлян от воды. Теперь отрезают от электричества и снарядов.

Резюме от автора

Массированные удары по объектам ВПК и энергетике — это не месть и не «варварство». Это рациональный выбор. Уничтожить одного солдата — значит убрать единицу. Уничтожить завод по производству дронов — значит не дать появиться сотням солдат с оружием. С точки зрения военной экономики, второй вариант эффективнее минимум в 20 раз.

* Террористическая организация, запрещённая на территории России.