Россия оказалась в выигрыше после IPO саудовского нефтегиганта

Дед Мороз заговорил по-арабски

IPO Saudi Aramco состоялось. На первых после размещения торгах акции нефтегиганта из Саудовской Аравии выросли в цене на 10%. Saudi Aramco — самая дорогая компания в мире, дороже Microsoft и Apple. Как теперь быть с «закатом нефтяного века» или это очередная сказка из «Тысячи и одной ночи»? Что сделка означает для отечественной экономики и россиян?

Россия оказалась в выигрыше после IPO саудовского нефтегиганта
Фото: saudiaramco.com

Вокруг IPO Saudi Aramco было много всякого, в том числе и несбывшегося. Но это нормально для столь масштабного события, да еще разворачивавшегося в интерьере арабского королевства. Так что же все-таки произошло?

В ходе IPO инвесторам было продано 1,5% акций Saudi Aramco. Компания получила $25,6 млрд. Ее капитализация, таким образом, была оценена в $1,7 трлн. Объем привлеченных средств — на верхней планке официальных ожиданий. Первые торги акциями после IPO привели к дальнейшему росту капитализации компании до $1,88 млрд.

Формально налицо успех. Не только для самой Saudi Aramco или саудовского королевства, сохраняющего полный контроль над крупнейшей в мире компанией. Это успех для всех нефтяных компаний и нефтедобывающих государств, включая, конечно, и Россию. Масштаб инвестиций в Saudi Aramco — это кредит доверия нефтяному рынку и поддержка относительно высоких цен на нефть.

Почему же тогда успех Saudi Aramco назван формальным? Потому что он, в свою очередь, вызывает вопросы.

Первый — почти философский. Технологический прогресс выражается, в частности, в том, что человечество постоянно находит пути большей независимости от сил природы. В последнее время одним из мощных стимулов прогресса становится сохранение окружающей среды. Все это говорит о том, что будущее — за возобновляемыми и нейтральными по воздействию на нее источниками энергии. Фактор, заземляющий эти рассуждения, которые кому-то могут показаться полупустыми, — бурный рост электромобилей. Как резонно заметил Герман Греф, «каменный век кончился не потому, что кончились камни». Изменились потребности — то же самое относится и к нефтяному веку. Вопрос заключается в следующем: как в этом контексте оценить успех акций Saudi Aramco?

Часть ответа заключается в том, что одно из следствий поддержки инвесторами высоких цен на нефть как раз и заключается в стимулировании перехода к альтернативным источникам энергии. Чем дороже нефть, тем больше стимулов искать ей замену. А в том, что цены на нефть останутся на высоте, Саудовская Аравия подстраховалась, обеспечив принятие в рамках ОПЕК+ в декабре 2019 года решения о дальнейшем сокращении добычи нефти. Но у оценки успеха акций Saudi Aramco есть и не столь прозрачная часть.

Чтобы к ней перейти, надо ответить еще на один вопрос: а кто они такие, инвесторы в Saudi Aramco?

Первоначально предполагалось, что это будут крупнейшие мировые инвесторы и фонды. Но потом в королевстве было принято другое решение, базирующееся на том, что важность шага диктует необходимость сохранить все под максимально возможным контролем. Сначала от сопровождения сделки были отлучены крупнейшие западные инвестиционные банки. Потом целевыми стали инвесторы из самой Саудовской Аравии и из соседних стран Персидского залива. Bloomberg указывает, что среди покупателей акций были богатейшие семьи Саудовской Аравии, а также фонды из Кувейта и ОАЭ.

Расчет оправдался вдвойне. Во-первых, IPO оказалось рукотворной в том смысле, что «рука рынка» не была полностью «невидимой». Во-вторых, несколько искусственное ограничение инвесторов обеспечило рост цены акций на первых после IPO торгах. Инвесторы бывают поражены стадным чувством, так что заложенный импульс может продолжать действовать. Но есть основания предполагать, что успех Saudi Aramco — не вполне рыночный. Рынок же взял свое, получив важный индикатор в виде котировок акций Saudi Aramco.

Россия — в выигрыше. По крайней мере, в ближайшей перспективе цены на нефть могут находиться под впечатлением котировок акций Saudi Aramco. Чем воспользуются и нефтяники, и бюджет, и, по цепочке, все, до кого в России в той или иной форме доходят нефтяные деньги.

Вернуться назад