1000 закопанных трусов, поцелуи приматов и хоботки комаров в 3D-печати: за что вручили Шнобелевскую премию 2026 года

Впервые за свою историю Шнобелевская премия пересекла океан: 3 сентября 2026 года 36-я церемония прошла не в Гарварде, а в Цюрихе. Причина организационного демарша сугубо практическая — ужесточение визовых правил в США, из-за которого иностранным ученым и журналистам стало проблематично въехать в страну. Впрочем, дух абсурдной науки от перемены локации не пострадал: зал по традиции утопал в бумажных самолетиках, а награды в форме крупных грибов лауреатам вручали нобелевские лауреаты, включая экономистов Эстер Дюфло и Абхиджита Банерджи.

Премия, учрежденная в 1991 году редактором журнала Annals of Improbable Research Марком Абрахамсом, по-прежнему не дает денег, но дает главное — внимание. И в этом году исследователи постарались, чтобы публика не заскучала: от аэродинамики сморкания до посмертного признания заслуг японского врача Токудзи Унно, который в 1977 году доказал, что зажимание обеих ноздрей при насморке забрасывает слизь в среднее ухо.

Поцелуи древнее человечества

Премия по биомеханике досталась группе под руководством эволюционного биолога Матильды Бриндл из Оксфорда. Ученые закрыли вопиющий пробел в науке, сформулировав универсальное определение поцелуя: это ненасильственный контакт ротовыми органами двух особей одного вида без передачи пищи. Критерий исключения кормления стал ключевым — он позволил отделить социальный жест от физиологии. Опираясь на новую дефиницию, исследователи выяснили, что целуются не только люди и шимпанзе, но и белые медведи, отдельные виды птиц и даже муравьи. Сопоставив данные с эволюционной историей, группа Бриндл пришла к выводу: привычка соприкасаться губами возникла у общего предка человекообразных обезьян примерно 21,5 миллиона лет назад. Иными словами, когда Homo sapiens скрещивались с неандертальцами, поцелуй уже был отработанным механизмом близости.

Физика сухих штанов

Канадский физик Чжао Пань из Университета Ватерлоо устал находить капли на одежде после посещения общественных туалетов и решил проблему на уровне гидродинамики. Удар прямой струи о плоскую стенку под прямым углом разрушает поток: поверхностное натяжение не выдерживает, и жидкость разлетается обратно на наблюдателя. Решение нашлось в изменении геометрии: плавный изгиб чаши заставляет струю касаться поверхности под острым углом, из-за чего нормальная сила удара стремится к нулю. Вода не брызгает, а спокойно стекает пленкой. Прототипы с рабочими названиями Nauti-Loo, Cornucopeea и Urine-no сокращают объем вылетающих брызг до 1,4% от показателей классических прямоугольных и полукруглых писсуаров.

Трусы как индикатор здоровья почвы

Швейцарские почвоведы из Цюрихского университета предложили фермерам отказаться от дорогостоящего ДНК-анализа грунта. Их метод радикально проще: закопать в землю хлопковое белье и подождать два месяца. Натуральная целлюлоза — излюбленное лакомство почвенных бактерий и грибов. В здоровой земле за это время ткань почти полностью исчезает, оставляя лишь синтетические швы и резинку; в истощенной или пересушенной — трусы сохраняют форму. В эксперименте, охватившем добровольцев из 25 стран, под землю ушла ровно тысяча пар белья — и это позволило создать стандартизированную и почти бесплатную методику оценки биологической активности почв на разных континентах.

Некропечать и мораль богатых

Инженер Чанхун Цао из Университета Макгилла решил проблему микроскопической 3D-печати, где сверхтонкие сопла из стекла ломаются, а металлические — забиваются вязкими полимерами. Выход подсказала природа: ротовой аппарат самки комара — это полая хитиновая трубка, которая сочетает гибкость, прочность и гидрофобность внутренних стенок. Закрепив хоботки насекомых на печатающей головке, инженеры добились высокой точности нанесения материалов при минимальной себестоимости. Технологию назвали «некропечатью» — использованием биологических органов умерших организмов в технических целях.

Социальные психологи под руководством Пола Пиффа из Калифорнийского университета экспериментально подтвердили неудобную гипотезу: состоятельные люди чаще нарушают этические нормы. Водители премиальных авто уступали дорогу пешеходам в четыре раза реже владельцев дешевых машин; обеспеченные участники игр чаще лгали партнерам, завышали результаты в тестах на честность и без зазрения совести таскали конфеты из вазы, предназначенной для детей. Вывод Пиффа прост и циничен: богатство избавляет человека от необходимости дорожить репутацией, ослабляя внутренние моральные ограничители.

Змеиная тактика и прочие лауреаты

Бразилец Жуан Мигел Алвеш-Нуниш рисковал здоровьем ради науки: в защитной обуви он наступал на живых ямкоголовых гадюк Bothrops jararaca, меняя силу давления и точку контакта. Выяснилось, что плавное нажатие на середину туловища рептилия терпит, а вот скользящее движение или контакт с головой провоцируют мгновенную атаку. Результаты легли в основу инструкций по безопасности для сельскохозяйственных рабочих.

Химики изучили «молоко» живородящего таракана Diploptera punctata, которое по энергетической ценности втрое превосходит коровье. Премия мира досталась психологам, доказавшим: мы считаем друзей надежнее, если те открыто враждебны к нашим врагам. А исследование обоняния показало, что запах новорожденных кажется родителям приятным, но пот подростков вызывает стабильное отвращение — биологический механизм, подталкивающий взрослеющих детей к сепарации.

Шнобелевская премия давно перестала быть просто шуткой. Андрей Гейм, получивший ее в 2000 году за левитацию лягушки в магнитном поле, спустя десять лет стал нобелевским лауреатом за открытие графена. Как заметил физик Чжао Пань, для таких работ не нужны миллиардные гранты — достаточно умения разглядеть научную задачу в повседневной рутине и строго проверить ее стандартными методами. Настоящая наука по-прежнему начинается с простого любопытства — пусть даже оно касается формы писсуара или привычек ядовитой змеи.