Заявление Байдена о геноциде, как и интервью, в котором он назвал Путина "убийцей", являются не промахами, а осознанными действиями, направленными на демонизацию Москвы, пишет Atlantico. США затягивают конфликт на Украине, однако их стратегия вызывает сомнения.
Бартелеми Курмон (Barthélémy Courmont)
Обвиняя Владимира Путина в совершении "геноцида на Украине", Джо Байден, похоже, закрывает дверь для урегулирования конфликта путем переговоров. Кто захочет заключить мир с державой, совершающей геноцид? И как далеко зайдут американские спецназовцы, которые, похоже, находятся на Украине?
Atlantico: В ночь со вторника на среду Джо Байден обвинил Владимира Путина в совершении "геноцида" на Украине. Разве это не исключает возможность разработать согласованную стратегию? Как можно объяснить его слова? Какова американская стратегия?
Бартелеми Курмон: Уже не первый раз с начала конфликта американский президент использует очень жесткие высказывания в отношении Москвы. Мы помним, как однажды он высказался против нахождения Владимира Путина у власти, чем вызвал беспокойство в своей команде в Белом доме. Помимо всего прочего Джо Байден допустил несколько ляпов, в частности, обвинив Путина во вторжении в Россию или высказав свою поддержку иранскому… народу. Мы могли бы отнести эти ошибки к его легендарным ляпам, но в этом случае мы недооценили бы важность повышения тона с использованием все большего числа мелких штрихов. Его заявление о геноциде, как и интервью, в котором он назвал Путина убийцей, являются не столько промахами, сколько осознанным действием, направленным на демонизацию противника. Это, очевидно, влияет на ведение переговоров и можно предположить, что США потворствуют длительному конфликту без перспективы урегулирования, а также намерены продолжать демонизировать Москву, что может им помочь усилить свое влияние в Европе. Это не сослужит добрую службу ни украинскому народу, ни даже Владимиру Зеленскому. Мы вспоминаем, как украинский президент был раздражен из-за американского давления перед началом российской спецоперации, в то время как он стремился — вместе с Парижем и Берлином — разрядить кризис. Сегодня бомбят украинские города, и убивают народ этой страны. Не Соединенные Штаты.
— Чего на самом деле добиваются США? Как далеко они готовы зайти? Как объяснить, что они выглядят такими мстительными, хотя в начале конфликта они казались менее радикальными? Они близки к двустороннему военному конфликту?
— Мне кажется, что Вашингтон еще до начала российской спецоперации разработал настоящую наступательную стратегию, что очень затруднило диалог с Москвой. Таким образом, в этой стратегии есть последовательность. Можно похвалить работу американских спецслужб, которые не ошиблись в намерениях Владимира Путина, тогда как европейцы оказались более наивными. Но это не меняет ситуации в связи с тем, что Вашингтон никогда не был участником переговоров, не считая того, что США подливали масла в огонь. Следует признать, что с американской стороны ничего не было сделано, чтобы предотвратить эскалацию и сегодня быстро покончить с военными действиями. Вашингтон решительно отвергает возможность двустороннего военного конфликта, а Джо Байден несколько раз отмечал, что о войне с Россией не может быть и речи. Очень понятное и в то же время очень лицемерное заявление, когда мы оцениваем последствия этого стремления вести войну для тех, кто находится на местах событий.
— Каковы их отношения с европейцами? Консультируют ли американцы их и информируют ли о том, что знают и что делают на Украине?
— С самого начала российской спецоперации мы не переставали говорить о единстве западных стран — и даже международного сообщества — перед лицом России. Однако сегодня мы понимаем, и можем только сожалеть об этом, что это все басни. Перепалка между Варшавой и Парижем вокруг президентских выборов во Франции, позиция Орбана, посредническая роль Эрдогана, нерешительность Берлина в отношении прекращения импорта газа, односторонние действия Джонсона и заявления Байдена свидетельствуют о том, что консультации являются лишь показухой и что каждый пытается навязать свою позицию по данному конфликту. Еще до того, как Россия перешла в атаку, никем не поддержанный Эммануэль Макрон пытался - и это его заслуга - избежать худшего, встретившись с Путиным в Москве. В трансатлантическом сообществе нет единства в отношении этого конфликта, не считая осуждения российской агрессии, с которым согласны все (к счастью!). И если сейчас уже почти принято считать, что эта война укрепит трансатлантическое сотрудничество, то возникает вопрос: как и под каким знаменем...
— Ряд источников свидетельствует о негласном присутствии американского (а также британского) спецназа на территории Украины? Разве это должно нас удивлять? Какова их роль в этом конфликте?
— Так как эти военные действия являются объектом разных манипуляций, очень сложно оценить информацию, полученную с мест событий. Но было бы действительно удивительно, если бы там не было американских спецназовцев, так как это обычная практика. Но какова их численность и какова их роль в данном конкретном случае? Здесь важна стратегия Вашингтона, а не наличие специальных корреспондентов на местах. И эта стратегия вызывает сомнения по двум причинам. Во-первых, потому что она не способствует уменьшению последствий. Во-вторых, потому что за риторикой о единстве она еще больше увеличивает пропасть между американцами и европейцами, поскольку их действия не согласованы.
Опубликовано: Мировое обозрение Источник
Подпишись:
