Лента новостей

20:20
Лукашенко пошел по украинскому пути
20:19
Киев готовится признать народные республики Донбасса
20:17
Сирийские террористы поторапливают Россию зачистить Идлиб
20:15
Теория Доренко о России: "Здесь нет общества. Это феодальная страна"
20:12
России не страшен 6-ой флот ВМФ США, особенно в Черном море
20:08
США пошли на резкое нарушение ДРСМД
20:06
К чему приведет отказ России от торговли нефтью за доллары
20:04
Российские комплексы РЭБ взорвали управляемые снаряды в полете
20:02
Состоится ли объединение Беларуси и Польши?
19:59
Во Львове что-то знают: Столица Галичины готовится к союзу с Россией
19:57
Темнокожий омич о жизни в Сибири
19:55
В Армении проходят протесты против освобождения экс-президента Кочаряна
19:53
Почему рост экономики опасен для Украины?
19:52
Добрая воля в отношении Киева не работает: Коротченко призвал «топить украинских пиратов»
19:50
Фарион: Все беды в Украине из-за русского языка
19:47
Конфликт Вашингтона с Тегераном угрожает мировой экономике
19:45
Россия может представить доказательства, что "Сармат" не попадает под СНВ-3
18:49
Военные аналитики США опасаются российского оружия будущего
15:40
В США растёт всё: и военный бюджет и уровень нищеты
15:36
The Washington Post, США. Новейшие антироссийские санкции США ударили по экономическому нерву
15:34
Bloomberg, США. Путинское перераспределение финансов направлено на запуск заглохшего мотора российской экономики
15:34
Феникс, Китай. Путин собирается инвестировать в китайский рынок газа 225 миллиардов! Неужели для США игра не стоит свеч?
15:33
Военных судят за ненужную космосъемку Арктики за 70 млн рублей
15:33
Последний день «дешевых» авиабилетов
15:32
Как Россия планирует привлечь на свою сторону Турцию (The National Interest, США)
15:31
Слиишкоом быыстрааяя: эстонские военные рассказали, почему не смогли отследить ракету
15:28
Вернуться ли российские военные на базу в Центральном Вьетнаме
15:02
Европейские фобии крымчан не волнуют
14:39
Состоится ли объединение Беларуси и Польши?
14:34
Великобритания лишь ведет разговоры на сирийскую тему, Россия Сирии помогает
12:40
Операция «Стокгольмский арбитраж» или другие приключения Коболева
09:19
Источник иссяк: Россия больше не даст кредитов и хочет ограничить поставки нефти в Беларусь
09:17
На Украине предрекли "колоссальный ущерб" от прекращения торговли с Россией
09:16
Захват танкера «Механик Погодин»: Уроки «Норда» прошли бесследно
09:14
Последний парад главкома
09:13
Россия стремительно берет под контроль Черное море. Западу нечем ответить
09:11
Война в Донбассе – по-прежнему последний ресурс для всех, кроме России?
09:09
Эксперты предупреждают: грядет неминуемая девальвация рубля
09:07
Уничтожить всех: США всерьез готовятся к войне с Россией
09:05
Пенсий может вообще не быть: Что же имел в виду Володин
09:03
Запорожский: Националисты устроили резню поляков в 1943 году, пытаясь отомстить за смерть Тараса Бульбы
08:50
2019 год может стать фатальным для НАТО
08:49
Горе-пушка. На что способен новый «конкурент» российской артиллерии
08:46
Россия отстает: Китай заявил о доработке истребителей Су-35
08:45
Самострельный нарком пути: Украина отказывается от миллиардов из России
Все новости

Архив публикаций

«    Август 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 


» » Политические последствия финансовых кризисов

Политические последствия финансовых кризисов

Фондовая биржа в ПекинеФондовая биржа в ПекинеЛОНДОН — Возможно, я не единственный профессор финансов, кто, определяя темы работы для своих студентов, задавал им вопрос примерно следующего содержания: «По вашему мнению, первоочередной причиной мирового финансового кризиса стало слишком значительное вмешательство властей в работу финансовых рынков или, наоборот, слишком незначительное?» Столкнувшись с таким вопросом «или-или», студенты моего последнего класса разделились на три группы.

Примерно треть студентов, загипнотизированных внешней привлекательностью гипотезы об эффективности рынков, доказывали, что именно власти изначально нагрешили. Их непродуманное вмешательство, например, поддержка правительством США ипотечных агентств Fannie Mae и Freddie Mac, а также принятие «Закона о местных реинвестициях», исказили рыночные стимулы. А кто-то даже согласился с аргументом американского либертарианца Рона Пола, осуждавшего само существование Федеральной резервной системы (ФРС) в качестве кредитора последней инстанции.
 
Другая треть (на противоположном конце политического спектра) считала главным злодеем бывшего председателя ФРС Алана Гринспена. Именно знаменитое нежелание Гринспена вмешиваться в работу финансовых рынков — даже когда слишком резко стали расти объемы кредитования, а цены активов, казалось, потеряли связь с реальностью, — создало проблемы. В более широком смысле — правительства западных стран своим легковесным отношением к регулированию позволили рынками полностью выйти из-под контроля в первые годы этого столетия.

Оставшаяся третья попыталась совместить оба варианта, доказывая, что власти слишком много вмешивались в одном, и слишком мало в другом. Попытка избежать чёткого ответа на прямо поставленный вопрос — не самая лучшая стратегия на экзамене, однако, возможно, именно эти студенты обнаружили нечто интересное.

Сейчас, когда кризис отделяют от нас уже семь лет, каким оказался ответ правительств и избирателей в Европе и Северной Америке на этот важный вопрос? Показали ли они всеми своими действиями, что они считают, будто финансовым рынкам нужен более жёсткий контроль или же, наоборот, что государство должно отказаться от идеи помогать банкротам и оставить финансовые компании один на один со всеми последствиями их собственных ошибок?

 
Судя по риторике и принятым мерам регулирования, большинство правительств оказались в третьем, колеблющемся лагере. Да, они установили очень детальный контроль, тщательно проверяя банковскую отчётность с непредсказуемой интенсивностью, а также настаивая на необходимости получения разрешений в таких вопросах как распределение средств, назначение ключевых директоров и даже описание обязанностей членов советов директоров.

Но они также полностью исключили возможность поддержки правительством или центральным банком захворавших финансовых учреждений в будущем. Банки должны теперь подписывать «завещания на случай болезни», показывающие, как их можно вылечить без поддержки властей. Правительство умоет руки, если они вдруг столкнутся с проблемами: эра «слишком больших, чтобы рухнуть» окончена.

Наверное, такой двоякий подход был неизбежен, хотя было бы неплохо знать, какова ожидаемая точка назначения. Идёт ли речь о системе, в которой снова доминирует рыночная дисциплина, или же регуляторы так и будут сидеть плечом к плечу с менеджментом всё обозримое будущее?

А к какому же выводу пришли избиратели? В первую волну посткризисных выборов сигнал был совершенно ясен в одном смысле, и менее ясен в другом. Каким бы ни было правительство в том момент, когда ударил кризис, были то левые или правые, их вытолкали и поменяли на правительство противоположных политический убеждений.

Это было верно не везде (посмотрите на Ангелу Меркель в Германии), но так было в США, Великобритании, Франции и во многих других странах. Франция качнулась влево, а Великобритания ушла вправо. Вердикт избирателей в отношении властей был везде более или менее одинаковым: всё пошло не так, пока вы были на вахте, поэтому уходите.

Однако сейчас мы видим, как формируется более устойчивая тенденция. Три немецких экономиста — Мануэль Функе, Мориц Шуларик и Кристоф Требеш — недавно опубликовали крайне интересную работу, основанную на анализе итогов более 800 выборов, прошедших в западных странах на протяжении последних 150 лет. Они оценили влияние на результаты выборов сотни финансовых кризисов, случившихся за это время. Их главный вывод очень впечатляет: «политика резко кренится вправо после финансовых кризисов. В среднем число голосов в пользу крайне правых на выборах растёт примерно на треть в течение пяти лет, следующих после системного банковского кризиса».

Великая депрессия 1930-х, последовавшая за крахом Уолл-стрит в 1929 году, является наиболее очевидным и тревожным примером, который приходит на ум, но данную тенденцию можно было наблюдать даже в Скандинавских странах после местных банковских кризисов в начале 1990-х. Иными словам, попытка объяснить, скажем, подъём «Национального фронта» во Франции личной и политической непопулярностью президента Франсуа Олланда не имеет смысла. Здесь задействованы намного более мощные силы, чем экзотика его частной жизни или неспособность найти общий язык с избирателями.

Второй важный вывод, к которому пришли Функе, Шуларик и Требеш, состоит в том, что после финансовых кризисов управление страной затрудняется, причём по двум причинам. Подъём крайне правых происходит на фоне, как правило, фрагментированного политического ландшафта, с большим количеством партий, при этом снижается число голосов, поданных в пользу правящей партии, будь она правой или левой. В итоге, принимать решительные законы в парламенте становится совсем не просто.

Одновременно поднимается волна внепарламентской активности — учащаются стачки, они становятся более длительными, проводится больше демонстраций, они становятся более массовыми. Правительство начинает терять контроль над улицами. Среднее число антиправительственных демонстраций утраивается, частота насильственных бунтов удваивается, а число всеобщих забастовок вырастает, по меньшей мере, на треть. Греция недавно помогла увеличить эти показатели.

Три немецких экономиста сделали единственный успокаивающий вывод: со временем данный эффект иссякает. Цифры свидетельствуют, что после пяти лет худшее оказывается уже позади. Однако не похоже, что именно так всё и происходит сейчас в Европе, если мы посмотрим на панику на последних выборах во Франции, не говоря уже о Польше и Финляндии, где правые популисты пришли к власти. Возможно, всё дело в том, что отсчёт пяти лет начинается с того момента, когда кризис полностью преодолён, а это пока ещё не вполне верно для Европы.

Итак, политика, похоже, будет очень непростым занятием ещё какое-то время. А банкирам и финансистам, которых повсеместно винят в кризисе, придётся ходить в грешниках до тех пор, пока ожидания избирателей относительно экономической и финансовой стабильности не получат более убедительного удовлетворения.
 
Говард Дэвис (Howard Davies)
Фото: AP Photo, Ng Han Guan, File







Опубликовано: Gladiator     Источник

Похожие публикации для статьи "Политические последствия финансовых кризисов"


Напишите ваш комментарий к статье "Политические последствия финансовых кризисов"

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Новости партнеров

Наверх