«Просмотр порнографических фильмов стал банальным явлением, поскольку их смотрели 92% мужчин и 73% женщин в возрасте от 18 до 69 лет». Об этом писал в 2012 году Мишель Бозон, социолог, старший научный сотрудник Национального института демографических исследований и один из авторов «официальных» исследований о сексуальной жизни французов. Как обстоят дела в 2020 году? Специалист делает точно такой же вывод: «Упомянутые цифры уже были очень высокими, и ниже они не стали».

Может ли столь активное потребление порнографии не отразиться на нашей повседневной жизни? Можно ли мастурбировать каждый день, неделю или месяц в течение многих лет на конкретные изображения и не создать их «отпечаток» в нашем мозгу? Именно такой вопрос поднимает социолог Флориан Вереш в выходящей на следующей неделе книге «Мужское желание: фантазии и маскулинность».

Запретный характер порнографии остался в далеком прошлом, и работа специалиста поднимает вопрос, который обычно обходят стороной СМИ: взрослый и «нормальный» просмотр порноконтента. У нас регулярно обсуждаются проблемы пристрастия, избыточного насилия и спорных условий производства, но тема обыденности порно встречается реже, наверное, потому что она более скользкая: при отсутствии консенсуса насчет нейрональных, поведенческих и сексуальных последствий такого контента, любая позиция начинает отдавать активизмом.

Еще одна причина — сосредоточенность на несовершеннолетних (доклады Национального института молодежи и образования, опросы о «поколении Youporn» и т.д.). По словам Мишеля Бозона, это связано «со страхом взрослых перед интернетом. Такая одержимость влиянием порнографии на молодежь — чисто французское явление, которое не встречается в других странах».

Вина и противоречия

Флориан Вереш полагает, что вопрос молодежи (и тем более молодежи из пригородов, воспринимаемых обществом особенно податливой), конечно, тревожный, но играет отвлекающую роль. Почему никого не волнует когнитивный диссонанс между республиканскими ценностями равенства и отказа от насилия и фантазиями, которые пронизаны сексизмом, расизмом и ЛГБТ-фобией, намеренно эротизируют насилие?

Как можно после февральского дела Гриво (политику пришлось отказаться от участия в выборах мэра Парижа после того, как в сети появились его интимные фото и видео) не понимать, что порнография может быть использована в качестве оружия? Кстати говоря, напомним, что 5% французских мужчин уже практиковали «порноместь», а 7% намереваются это сделать, если верить опросу за февраль этого года.

Этнографические беседы, проводимые Флорианом Верешем на протяжении длительного времени с группой из 30 мужчин, позволяют выделить несколько концепций:

— Большинство потребителей считают, что, будучи взрослыми, они хорошо умеют проводить черту между реальностью и вымыслом. Как бы то ни было, у фантазий все же есть связь с «настоящей жизнью». Например, 44% мужчин считают, что средняя длина пениса в эрегированном состоянии больше 16 см, тогда как на самом деле она составляет 13 см. 24% мужчин комплексуют после просмотра порно, а 52% пытались воспроизвести увиденную на экране позицию.

— Некоторые мужчины испытывают чувство вины: они видят противоречие («я феминист, но смотрю симуляции изнасилования»), но не могут справиться с ним. Напомним, что число запросов по тэгу «BDSM» выросло во Франции на 998% в 2019 году… В чем была одна из главных задач президентской пятилетки? Ах, да: равенство женщин и мужчин. Разумеется, можно бороться за равенство вопреки фантазиям об асимметрии власти, но, как бы это сказать, они не способствуют данной работе.

— Некоторые, наоборот, признают в порнографии некое окутанное фантазиями видение глубинного «я»: роли пола (и расы) гиперболизируются, но остаются справедливыми. Всегда доступные женщины и доминирующие мужчины представляются не фантазиями, а унаследованными с зари времен архетипами. Такая идея «естественного порядка» в порно принимает форму негласной иерархии ключевых слов в поиске: одними пользуются «нормальные» мужчины (гетеро, большая грудь, широкие бедра), другими — «странные» (гей, квир и т.д.).

Нарушение социального запрета

Порнографические предпочтения служат напоминанием о том, что представляет из себя мужчина… или не представляет. По мнению Флориана Вереша, мужская сексуальность в большей степени, чем женская, воспринимается как некая природная сила, которую не могут изменить история и общество. Она по своей сути является мощной, несгибаемой, недвижимой и неконтролируемой. В то же время женское желание воспринимается как нечто более гибкое, поддающееся воздействию культурного контекста, адаптирующееся к императивам жизни в обществе«.

Порнография становится формирующей частью мужской идентичности с самого первого просмотра: речь идет о ритуале взросления, когда подростки (или дети) нарушают социальный запрет, избавляются от опеки родителей, изучают собственное тело… Здесь есть нечто более сложное и притягательное, чем просто любопытство. Тем более что первый контакт с порнографией (14,5 лет, по исследованию IFOP 2017 года) происходит, по статистике, намного раньше первого контакта с телом партнера (17 лет): представления возникают раньше реального опыта (хронологически и, возможно, эмоционально).

Кроме того, порно укрепляет мужскую солидарность: в паре его смотрит меньшинство, и его предпочитают обсуждать в мужской компании, чаще всего в юмористическом ключе. Все это активирует сексистские наклонности, которые исключают женщин («им не понять») и гомосексуалистов.

В этой связи разные сегменты порно действуют как предупреждение: если мужчина в одиночестве мастурбирует на экране, видео автоматически заносится в категорию «геи». Ключевые слова становятся составляющими сексуальной идентичности: мы определяем себя по отношению к этим кодексам (хотя женщины охотно смотрят гей-порно, геи — гетеросексуальное и т.д.).

Выход из-под влияния

По мнению Флориана Вереша, хуже всего — позволить этим образам закрепиться, не задаваясь вопросом: «Размышления предполагают отказ от удобной позиции добросовестного зрителя, который публично осуждает „сексистские и расистские" изображения, но в частном порядке наслаждается их гендерной и расовой эротической силой. Можно признать влияние этих стереотипов, задуматься и преобразиться».

Но как можно выйти из-под их влияния? Эксперт предлагает несколько путей. Прежде всего, нужно перестать винить порно во всех грехах («это не я, а алгоритм») и принять ответственность. Мы можем изменить желание, даже если на это потребуется время… Если не будем сидеть сложа руки. Чтобы избавиться от сложившихся привычек, нужно уделить внимание феминистическим позициям, гомосексуальным практикам, реабилитировать чувства, обучение, использование других эрогенных зон, пересмотреть наше отношение к агрессивности и немедленному удовольствию, чтобы вновь научиться удивляться.

Флориан Вереш предлагает освободить мужчин от маскулинности. Отличный план.