Лента новостей

14:45
«Свадьбы, похороны, корпоративы»: как «выживают» американские экс-политики
14:44
Внутренняя политика Украины направлена на снижение социальных выплат и увеличение безработицы
14:44
Ради песенного конкурса «Eurovision» Киев избавится от собственных граждан
12:38
Экспорт газа: настоящих буйных мало, но они есть на Украине
12:37
США сокращают финансовую помощь марионеткам
12:36
Назло Газпрому отморозили уши: Латыши лишили себя прибыли в угоду русофобии
12:36
Россия занимает второе место в мире по объему экспорта подсолнечного масла
12:35
Если завтра война, или паровоз на Украину
12:33
В ЛНР восстановили энергоснабжение после «блэкаута» со стороны Украины
12:32
Поймай Москву за руку: страны Балтии соревнуются в паранойе
12:32
Сергей Лавров: «Никаких правил больше нет»
12:29
Боевики засняли «бой» с американским В-52: победил «стратег»
12:28
Бойцы ЛНР вытеснили украинских диверсантов из района Сокольников
12:27
Бжезинский режет на части Крым будущего
12:26
Стальные кулаки ледовой армады: российские боевые ледоколы держат Запад в страхе
12:25
Нескончаемый полет Томагавков
12:22
Мир проигнорировал новую стратегическую победу Асада
10:30
The American Conservative: Зачем нам сотрудничество с Россией?
10:18
Великий исход украинцев в Россию или как Россия кормит Украину
10:13
Донбасс в блокаде: на колени не встали и даже не думали
10:12
СМИ: НАТО готовит страшный ответ России
10:11
Гибель американского разведчика - украинская диверсия
10:11
Гетто, о котором мечтали давно
10:04
Юнармия - что это?
09:57
Боевые единицы: как Россия вошла в тройку мировых лидеров по военным расходам
09:53
«Вестингауз» придет порядок наведет: Украина не желает звать «агрессоров» для модернизации своих АЭС
09:53
В КНДР пообещали уничтожить американских военных «до последнего человека»
09:50
Запад перестал быть для Турции образцом для подражания
09:31
Главная неудача Путина
09:25
Frankfurter Rundschau: Ленин: похоронить и забыть
09:20
Союзники России в Сирии хотят войны
09:17
La Stampa: Марин — одна против всех
09:13
Воздушные бои России и США — 4:3
08:47
Foreign Policy: Как европейские страны на самом деле воспринимают Россию?
08:39
Боевые расчёты ЗРПК «Панцирь-С» на конкурсе «Ключи от неба» в первые уничтожат воздушные цели в движении
08:34
La Stampa: Марин — одна против всех
08:28
Этот день в истории - 25 Апреля
22:54
Дьявол уже здесь: Афонский старец пообещал миру страшные годы
22:53
Европейское бла-бла. Лавров и медицина бессильны
22:52
Ротшильд, Мердок и Чейни начинают добычу нефти в Сирии
22:51
Сергей Данилов — Скоро будет Новый Израиль
22:50
Экономика РФ: Россияне верят в стабилизацию ситуации, об этом за них «говорят» цифры
22:43
Вотум недоверия польской оппозиции или по Мачеревичу зазвонил колокол
22:42
Лондон готов нанести превентивный ядерный удар
22:22
Глобальные обстоятельства заставляют мировых лидеров советоваться с Москвой
Все новости

Архив публикаций

«    Апрель 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
» » В первом боевом вылете пулемет не трогай

В первом боевом вылете пулемет не трогай

В первом боевом вылете пулемет не трогайВ плохих книгах о летчиках Великой Отечественной войны воздушные стрелки наших бомбардировщиков, штурмовиков и транспортных машин легко и просто сбивали немецкие истребители, едва успев подняться в воздух. Очередь, другая – и «падает фашистский стервятник, объятый пламенем». На самом деле в первом боевом вылете очень непросто было не то что сбить врага, а хоть что-нибудь понять в происходящем.

Владимир Местер, стрелок-радист на штурмовике Ил-2 так описывал свой первый боевой вылет: «Таких необученных как я (я даже парашют не умел одевать!), сажали на головные самолеты – мы же ничего не видим, а стрелок замыкающего самолета – самый важный. Меня посадили в кабину, я пристегнулся, чего потом никогда не делал, и мне говорят: «Вот тебе пулемет. Он в чехле. Его не трогай! Сиди и смотри по сторонам». Вот так первый раз в воздух я поднялся прямо на боевой вылет. Сижу, смотрю – кругом все крутится, сверкает, красивые облачка разрывов вокруг – как в кино. До того интересно, что я аж рот открыл и разглядываю – ничего не понимаю! Страшно не было – я просто не знал, что надо бояться. Обратно прилетели. С непривычки немного подташнивает. Вылез из кабины. Подошел к командиру, Мише Чекурину, и говорю: «Товарищ командир, рядовой Местер первый боевой вылет совершил». - «Хорошо. Давай, рассказывай, что ты там видел. Ты видел, как нас атаковали «Мессеры»? - «Не знаю. Я видел, что самолеты кружатся». - «А ты видел, когда ведомого сбили?» - «Понятия не имею». Сбили одного из шестерки. Бой был тяжелый, а мне казалось, что это кино. Я же ничего не понимаю. Стрелки, как и летчики чаще гибли в первых вылетах. Когда стрелок сделал десяток вылетов, есть надежда, что он будет еще жить, хотя это не всегда от него зависело. Вот так я вылетов пять-семь сделал, прежде чем стал немного понимать, что к чему. Ребята помогли пулемет освоить – это было в их же интересах. Ведь мы друг друга прикрывали. Помогал механик по вооружению, рассказывал о возможных неисправностях, показывал, как действовать при обрыве гильзы». 

Неслучайно Местер упомянул про десять вылетов. Тех стрелков, которые оставались в живых после десяти штурмовок, награждали медалью «За отвагу». После пятнадцати – орденом «Красной Звезды». 

Вот после первых, самых опасных вылетов и начинал вырабатываться профессионализм.  Например, в отношении к оружию: «Это должны делать оружейники, но мы свой пулемет старались обслуживать сами. Перед посадкой стараешься натянуть на него чехол, чтобы не запылился. Разбирали, чистили и смазывали сами – это же наша жизнь! Сами вручную набивали патронную ленту. Хотя разрывные не разрешали использовать, но мы и их каждым десятым ставили, а трассирующий – каждым третьим». 

Но, может быть, это был единичный случай, когда неопытный воздушный стрелок в первом бою даже не понял, что происходило? Да нет, есть такие примеры в воспоминаниях.

В чрезвычайно интересных мемуарах С.Н. Иконникова «Война глазами авиаинженера», например, есть такой эпизод: «За два с половиной года службы инженером в авиационном полку мне с перерывами в общей сложности более года приходилось совмещать две должности – инженера по вооружению и начальника воздушно-стрелковой службы. Исполнение последней должности требовало проведения занятий с летным составом по воздушной стрельбе, анализа ошибок при прицеливании и ведении огня, при этом затрагивались и вопросы тактики. Эффективность занятий по воздушно-стрелковой подготовке, проводимых во фронтовых условиях инженером, не летавшим на боевое задание, была крайне низкой. Активности на занятиях летчики не проявляли, а на лицах многих можно было прочесть – легко все это рассказывать на земле, а побывай-ка с нами в бою!  Командир полка мое желание понимал и поддерживал. Правда, напоминал, что время и средства на подготовку инженера и воздушного стрелка затрачиваются различные, да и инженер по вооружению в полку всего один».  Авиаинженеру все же удалось отправиться в боевой вылет: «На задание воздушным стрелком меня определили к ведущему шестерки капитану Сало. Прошло много лет, а первый полет запомнился в деталях. Предстояло уничтожить живую силу и технику противника на окраине населенного пункта. При перелете линии фронта нашу группу обстреляли мелкокалиберная зенитная артиллерия и зенитные пулеметы. Казалось, что огонь очень плотный и что все трассы направлены только в наш самолет. Хотелось подробнее рассмотреть оборонительные сооружения противника, движущиеся транспортные средства, возможно точнее зафиксировать результаты штурмового удара. Но командир экипажа трижды напомнил: главное следить за воздухом и быть готовым к отражению атаки истребителей. Истребители противника не появились. Использовать крупнокалиберный пулемет для стрельбы по наземным целям не сумел – времени на прицеливание не хватило». 

Опытный авиаинженер Иконников вовсе не успел открыть огонь по наземным целям – времени прицелиться не хватило. Первый вылет – ничего не поделаешь. Опыт накапливался с каждым полетом: «После нескольких боевых вылетов я гораздо с большим авторитетом мог анализировать ошибки летчиков в воздушной стрельбе, особенно тогда, когда совместно с другими стрелками удалось отразить атаку истребителей Ме-109».

Лишь тем, кто выжил в первых, самых опасных вылетах, довелось стать опытными воздушными бойцами и описывать победы в мемуарах: «Стремлюсь взять в прицел истребитель. Ничего не выходит! Немец атакует под большим углом, вертикальный угол обстрела моего пулемета не позволяет стрелять по нему. Я мгновенно сбрасываю сиденье, становлюсь коленями на пол кабины, доворачиваю пулемет вверх. Теперь истребитель противника попадает в прицел. Но огня не открываю умышленно. Решаю подпустить поближе, надеясь, что противник не поймет мои действия. Истребитель все ближе и ближе... 800 метров, 600, 400... Тщательно прицеливаюсь и выпускаю длинную очередь, огненная трасса упирается в самолет противника, тот не успевает открыть ответный огонь, вспыхивает и, объятый пламенем, несется на наш «ил». У меня мороз по спине: «фоккер» хочет таранить нас?! Но Коновалов (пилот – авт.), услышав мою очередь, резко рванул самолет вправо, и горящий «фокке-вульф» пронесся рядом».  Это эпизод из воспоминаний воздушного стрелка Георгия Литвина. Одного из тех, кто сумел стать профессионалом воздушной войны, способным за считанные секунды найти единственно верное решение в ситуации, когда «ничего не выходит».

Максим Купинов





Опубликовано: legioner     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх