Лента новостей

16:21
Керри призвал студентов США учить русский язык
16:20
«Небесная сотня» против «Бессмертного полка»: за что Игоря Шувалова выслали из Украины?
16:18
Новые заслоны агрессору: в столице закрыли станцию «Киев- Московский» и переименовали Мукачево
16:17
Как на Кубани от Путина прятали фермеров и долгострой
16:15
Джамала не поехала хоронить деда в российский Крым
16:14
Техник Маска разоблачил подтасованную программу SpaceX
15:26
Эстонец встретил зашедших на его участок солдат НАТО выстрелом из ружья
15:22
Киев «расстрелял» Минские договорённости
15:19
На Украине прокомментировали слухи о прекращении транспортного сообщения с РФ
15:17
Times рекламирует ЛДНР
15:15
Папа Римский встретился с «АТОшниками» в Ватикане
15:14
В Москве задержали террористов ИГ*, готовивших теракты на транспорте
15:13
Сопровождение или перехват? Что произошло в небе Сирии
15:13
Foreign Policy: Израиль не оставил «болтливость» Трампа без последствий
15:12
Порошенко успел «достать» Макрона перед приездом Путина
15:11
Россия представила новейшие вертолетные двигатели
12:50
Венесуэла – арена борьбы США и России за мировое влияние и нефть
10:35
Страх и ужас американцев: как обновленный «гадкий утенок» Ту-160М2 станет неуязвимым «Белым лебедем»
10:34
Неспящие в космосе: чем Россия ответит США на орбите
10:01
Сенат и ЦРУ возмущены: Путин продолжает строить супердержаву
10:01
Трамп отправит солдат на войну с талибами
09:57
Подсчет потерь
09:54
Diplomat: новые российские боевые ледоколы заставят США призадуматься
09:53
Елену Яковлеву не пустили на Украину
09:52
США изучают опыт «вежливых людей»
09:49
«Калибры» придут на Тихий океан в 2018 году
09:48
Белый дом в хаосе, Путин выигрывает
09:28
Мосийчук: Убийство Гиви и Моторолы — это возмездие за Бандеру, Дудаева, Литвиненко и Вороненкова
09:10
Gli Occhi Della Guerra: Зачем Россия помогает Кубе
09:06
Киев начал бой за небо Крыма
09:03
Quartz: Чего в действительности хочет Россия
08:53
«Морские котики» Трампа снова провалили спецоперацию
08:51
Zakzak: Путин не может без войн
08:50
Counter Punch: Путин не должен нравиться Штатам, он должен нравиться русским
08:49
В Манчестере обнаружили ещё несколько бомб
08:48
Савченко решила стать президентом Украины
08:48
Село и люди: генезис украинских патриотов
08:47
Пентагон обучит спецназ русскому
08:40
«Советы» россиян украинцам — банальный расизм
08:37
Российские подводные лодки и корабли будут оборудоваться крылатыми ракетами «Калибр»
08:34
Revolutionary Forces of Syria Media Office: Русский медведь ослеп в Сирии
08:32
СМИ: Киев готов прекратить железнодорожное пассажирское сообщение с Россией
08:31
Порошенко вызывает дух Сталина
08:29
Svenska Dagbladet: Гиганты Европы против русского супертанка
08:27
Тайное небесное око: от дрона-«колибри» до секретного космолёта
Все новости

Архив публикаций

«    Май 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
» » «Арабская весна» дала всходы в Европе

«Арабская весна» дала всходы в Европе

Какие ценности Брюссель будет отстаивать в недалеком будущем

 

«Арабская весна» дала всходы в Европе«Арабская весна» дала всходы в ЕвропеСуществование Евросоюза находится под угрозой. Об этом в интервью чешскому изданию Novinky заявил глава Европарламента Мартин Шульцсообщает РИА «Новости».

В преддверии открытия саммита ЕС, который пройдет с 17 по 18 декабря в Брюсселе, слова высокопоставленного еврочиновника прозвучали, как недоброе предзнаменование. Тем более что Шульц даже не пытался как-то смягчить свои оценки. По его словам, никто не может поручиться, что через десять лет Евросоюз будет существовать в нынешнем виде.

Казалось бы, нормальный процесс: все течет, все меняется — закон эволюции. Но Шульц уверен, что «Евросоюзу угрожает опасность». И «ситуация экстремально тревожная». Потому что если ЕС, как цивилизационный проект рухнет, то альтернативой ему может стать, как выразился Мартин Шульц «Европа национализма, границ и заборов».

Но кто довел её до этой опасности черты? И каковы ее «союзные» шансы на будущее?

— С точки зрения чиновников Евросоюза и политической элиты, ситуация, действительно, сложная, — признает ведущий научный сотрудник Центра германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин. — С одной стороны, наблюдается диссонанс по таким системообразующим вопросам, как валютный союз. Возьмите Грецию. Ситуация в этой стране поставила под сомнение сохранение единства еврозоны. И, конечно, это цивилизационные вопросы, точнее, миграционно-цивилизационные.

Тот неограниченный и почти неконтролируемый приток миграции, который мы наблюдали на протяжении всего 2015 года, поставил много вопросов относительно того, есть ли политический консенсус. Есть ли единое видение данной проблематики различными странами-членами ЕС. И, получается, что такого единства как раз и нет.

Германия готова принимать всех. А Литва, к примеру, сказала: мы примем только 300 человек, и больше к нам не приставайте.

Соответственно, диспропорции по распределению беженцев. Диспропорции по уровню благосостояния. Диспропорции по политическим воззрениям, например, по антироссийским санкциям. И, естественно, вопрос о закрытии границ после террористических атак в Бельгии, Франции и других странах. Все это пока не заставило европейские политические элиты выработать какой-то общий подход.

— Значит ли это, Шульц не сгущает краски, когда говорит, что ЕС — под угрозой?

— Он отчасти прав. Евросоюз сейчас, как попытка собрать единую культурную идентичность, действительно, столкнулся с серьезными вызовами.

Так, некоторые эксперты еще лет десять назад предупреждали о возможности межэтнических, межрелигиозных конфликтов в центре Европы именно вследствие массового притока лиц из стран Африки, Магриба и Ближнего Востока. Сегодня жестокие потасовки в лагерях для беженцев происходят чуть ли не ежедневно и в самой Германии. Эритрейцы бьются с сирийцами. Афганцы — с албанцами. Мигранты привносят с собой свои внутренние конфликты — между шиитами и суннитами, например.

А прошлогодние теракты во Франции, когда атаковали кошерный супермаркет и еврейскую школу, это явно отражение арабо-израильского конфликта. Перенесение его на европейский театр военных действий.

Все это, конечно, создает нестабильность. И это, безусловно, «вода на мельницу» праворадикалов и популистов, которые говорят, что надо ограничить поток мигрантов. Что европейские чиновники не справляются со своей задачей. Падает институт доверия избирателей. И растут позиции евроскептиков — либо ультралевых, либо ультраправых.

Соответственно, идет медленное, но верное раскачивание политической стабильности на фоне постепенного ухудшения экономической ситуации.

— Вроде как, в ЕС признаков кризиса не видно?

— Да, пока у Евросоюза дела выглядят внешне вроде нормально. Но за этим красивым фасадом скрываются и определенные сложности, которые в любой момент могут выйти наружу.

Одно из слабых мест — демография. Еще, по-моему, лет пять-шесть назад немецкие демографы выпустили исследование «Германия — 2050», в котором написали, что к середине века этнических немцев (т.е. коренного населения) в Германии будет 40−45%. Остальные будут в основном выходцы из Ближнего Востока, Средней Азии, Африки и Магриба, и т. д.

Такая же ситуация будет и в других европейских странах.

Что долго ждать… Уже в некоторых городах Италии и Франции доля мигрантов составляет 60, а то и 70% населения.

Еще одно-два поколения, и эти люди придут в политику. Они уже приходят в бизнес. В той же Германии, к примеру, процент индивидуальных предпринимателей-иностранцев больше, чем индивидуальных предпринимателей из коренных немцев.

Понятное дело, каждый ищет свое место под солнцем. Каждый ищет больше возможностей. Но лет через десять-пятнадцать Евросоюз столкнется с проблемой этнического лоббизма. А лет через двадцать, если, конечно, ЕС устоит как интеграционное объединение — можно будет рассматривать его, как уже достаточно далекий от европейской культурной идентичности и европейских культурных идеалов организм, или механизм, который будет проводить политику людей его населяющих. А это будут уже не европейцы.

Доцент кафедры европейской интеграции МГИМО Александр Тэвдой-Бурмулине столь пессимистичен в своих прогнозах:

— Ситуация в Европе, действительно, сложная. Мы знаем, и миграционная проблематика очень тяжелая. И зона евро недавно только пришла немножко в себя. Но Шульц, как мне кажется, сознательно пережимает некоторые акценты. Он выступает в роли, если можно так сказать, «индикатора» настроений в Европейском союзе. Где, безусловно, многие сегодня опасаются последствий миграционного кризиса.

— Но повод — серьезный…

— Миграционный кризис развивался давно. В какой-то мере ситуацию с мигрантами, европейцы создали сами. Еще в 50−60 годы они начали форсировать импорт рабочей силы — им хотелось экономического процветания. Но то, что случилось в последние два года, вызвало совершенно новую фазу. Количество мигрантов стало прибывать ранее совершенно немыслимыми темпами. И вызвало повышенное раздражение внутри ЕС. Некоторые страны, как мы знаем, стали говорить, что не признают никаких квот, потому что никак не причастны к причинам возникновения этого миграционного потока.

То есть, растет определенное расслоение внутри ЕС. Мы даже видим некий спад солидарности внутри Европейского союза. В этом же контексте стоит воспринимать постоянные угрозы Лондона относительно референдума о выходе…

— Сейчас речь идет уже больше о реформировании…

— В том-то и дело. Но изначально Кэмерон говорил, что поставит вопрос о выходе из ЕС. Это был его такой внутриполитический маневр. Но в реальности, я не вижу ситуацию, при которой Лондон, действительно, вышел бы из Европейского союза. Это слишком катастрофично было бы для Великобритании, потому что шотландцы сразу же выйдут и состава Соединенного Королевства.

Поэтому можно говорить о том, что ЕС на данном этапе просто столкнулся с новыми вызовами. Эти вызовы отчасти вызваны быстрым расширением предшествующих этапов. Надо понимать, что чем быстрее они идут вперед, тем больше у них скрепит конструкция.

— Поясните?

— Речь идет о том, что расширение ЕС на Восток в последние двадцать лет вызвало существенную проблему. Поскольку эти страны не были равны западноевропейским ни по уровню политического развития, ни по уровню развития социального, ни в ценностных своих ориентациях.

С другой стороны, создание Шенгенской зоны очень сильно продвинуло европейскую интеграцию, простимулировав создание единого европейского рынка. Правда, это же привело к тому, что мигранты получили возможность путешествовать по всему ЕС бесконтрольно. Их сложно задержать. И мы видим террористические вызовы в связи с этим.

А создание зоны евро — это плюс? В общем, да. Но при этом получается, что более сильные финансируют более слабых. Как это было, скажем, с Грецией. И более сильным это в конечном итоге надоело.

Но здесь не нужно чрезмерно драматизировать. Главный вызов в другом…

— В чем же он?

— Главный вызов в том, что миграционный кризис очень сильно меняет социокультурную структуру ЕС. Он не меняет ЕС как организацию. ЕС — не рухнет. Но с учетом всех волн миграции (и особенно нынешней) в Европе уже несколько десятков миллионов переселенцев. То есть, это реально 10% населения Евросоюза, которые, мягко говоря, цивилизованно непривычные для европейского проекта. И это, действительно, является вызовом для европейского общества. Для европейской политики.

То есть, в этом смысле европейцы попали в ловушку. Ведь этот исход с Ближнего Востока вызван отчасти ими. Мы помним, что они там сделали во время «арабской весны». Они растормошили этот регион, и теперь расплачиваются.

 

Светлана Гомзикова

Фото: Zuma/ ТАСС

 





Опубликовано: Gladiator     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх