Лента новостей

00:00
Этот день в истории - 27 Февраля
21:31
В Киевских супермаркетах появились пункты вербовки в ряды ВСУ
21:31
Саудовская оппозиция в бешенстве от дипломатического дзюдо Дамаска
21:30
Культ личности Порошенко. Александр Роджерс
21:29
Немецкие танки перебросили в Литву для «сдерживания России»
21:06
Военные Игры в Сочи: "золото" в руках сборной России
21:05
Евровидение как диагноз
21:04
Украинские боевики пожаловались, что их заставили покинуть фильтровальную станцию
21:03
Украинские националисты открыли первый редут блокады на мариупольском направлении
21:02
Цэ Европа: Мусор из Львова
20:05
Хакеры Fancy Bears «слили» доклад о допинге в США
20:00
Эстония целит в коммунизм, но попадет в себя
19:57
Мой друг, посол России
17:59
Донбассу не оставили выбора
17:59
Михаила Касьянова облили зелёнкой на акции памяти Немцова в Москве
17:56
Вести недели с Дмитрием Киселевым от 26.02.17
17:55
Порошенко пообещал «не оставлять без поддержки» жителей Крыма
15:13
Мифы о Путине
14:44
Оккупирована ли Украина?
14:42
Смертельно опасные трюки Лукашенко: Президент Белоруссии встает на путь Януковича
14:41
Демократическая партия готовит провокацию против Трампа
14:39
ХПЛ – Хитрый План Лаврова
14:33
Несколько соображений о пользе (или, точнее, о вреде) кредитов
14:29
Forbes: Шведский нейтралитет: почему в детских садах Швеции больше нет «мальчиков» и «девочек»
14:23
Тадиф взят
14:19
Очень много воды
14:15
Отложенная угроза справа: настоящая хунта на Украине еще впереди?
14:14
Das Erste: немецкая разведка похвалила ФСБ за погранзоны с Белоруссией
14:13
Die Presse раскрыла «настоящих могильщиков европейской идеи»
14:10
Бог простит, хохол - нет
13:49
Крымские бандеровцы — инструкция по очистке
13:49
Боевики батальона «Азов» разрисовали краской российский банк в Одессе
13:48
За первый месяц президентства Трампа госдолг США снизился на $12 млрд
13:47
Кто залез своими лапами в Ливию
13:47
Саманта Пауэр в статье для NYT рассказала о дружбе с Виталием Чуркиным
13:46
Съезд пораженцев: В Киеве прошел форум «по деоккупации Крыма»
13:37
«В АТО есть что взять. Пахать дома скучно…»
13:36
Понавылазили
13:35
Поглумившийся над смертью Чуркина украинский депутат разбился в ДТП
13:34
ВКС и морская авиация запланировали получить за год 160 самолетов и вертолетов
10:28
Безопасность Украины — это и безопасность Польши
10:26
Особенности немецкого пития: сначала пиво, потом первач
09:59
Выживание в эпоху Трампа
09:57
Порошенко: «Я — украинский маршал Маннергейм»
09:55
Россия и Швейцария: пять неизвестных фактов
Все новости

Архив публикаций

«    Февраль 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728 
» » НАТО: курс на гибридную войну

НАТО: курс на гибридную войну

НАТО: курс на гибридную войнуЧто дает альянсу новая стратегия борьбы с Россией?
 
Во вторник, 1 декабря, в Брюсселе открылось двухдневное заседание министров иностранных дел 28 стран-членов НАТО. На нем альянс впервые в истории примет «Стратегию гибридных войн». Об этом сообщил генсек НАТО Йенс Столтенберг. Ключевой документ направлен на противодействие «угрозе с Востока», под которой в альянсе подразумевают Россию.

 

«Гибридная война охватывает широкий перечень различных типов военных действий. Обычно этот термин используют для описания сочетания военных и невоенных средств, скрытых и открытых операций. К примеру, сил специального назначения или того, что мы называем „маленькие зеленые человечки". Это комбинация различных гражданских и военных приемов», — пояснил Столтенберг.

По словам генсека, в альянсе примером «гибридной войны» считают действия России, приведшие к «аннексии Крыма», а также ее «активную роль» в конфликте в Донбассе. «И там и там Россия шла на уловки, в частности, публично отрицая, что в обоих случая были задействованы российские военные», — заявил генсек.

Значительная часть документа посвящена информационному противостоянию с Россией. Особая роль на этом направлении отводится открытому в Риге Центру стратегических коммуникаций НАТО (StratСom).

Стратегия несет и политическую нагрузку. Выступая в середине ноября на ежегодной конференции Европейского оборонного агентства, Столтенберг обозначил противодействие гибридной войне как ключевой элемент для расширения сотрудничества между НАТО и ЕС.

«Гибридная война не является новой. Это старо, как троянский конь. Чем она отличается от прошлого — это своим масштабом, скоростью и интенсивностью. И НАТО, и ЕС стремятся подготовить механизмы сдерживания и защиты от гибридной войны», — отметил тогда Столтенберг, попутно призвав европейские страны к «улучшению гражданской готовности и устойчивости, к киберобороне, защите стратегических коммуникаций, а также к совместной подготовке и учениям».

Надо, вместе с тем, понимать: термин «гибридные войны» в западном медийном пространстве является синонимом воздействия России на государства сферы влияния НАТО. Причем, речь идет о методе вмешательства в дела третьих государств за счет комбинации силовых и пропагандистских спецопераций и поддержки массовых уличных протестов.

Однако обвиняя Россию в ведении гибридных войн на Украине, и якобы существующей угрозе их ведения в отношения стран Балтии, в НАТО упорно обходят молчанием многочисленные эпизоды «цветных революций» — по сути, тех же гибридных войн, — которые члены блока и спонсируемых ими структуры организовывали на постсоветском пространстве и в Северной Африке.

Что стоит за принятием натовской «Стратегии гибридных войн», как она повлияет на политику альянса в отношении России?

 — Концепция гибридных войн в НАТО разрабатывалась давно, — отмечает заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ Сергей Ермаков. — Но обострение отношений с Россией способствовало более четкому представлению альянса, что именно считать гибридной войной, и кого в такой войне считать главным противником.

Нынешняя «Стратегия гибридных войн» — логическое развитие прежней концепции гибридных угроз, которая была сформулирована в 2010 году. В командовании стратегических исследований НАТО уже тогда говорили, что сложно в рамках традиционных концепций реализовывать задачи сдерживания по всему спектру, учитывая, что театры действий выходят за рамки Северной Атлантики. Аналитики альянса считали, что в такой ситуации нужно применять новые технологии и приемы. Правда, в 2010-м это в большей степени касалось террористических угроз, а Китай и Россия в числе угроз только намечались, но явно не указывались.

— На каких методах противодействия делает акцент новая натовская стратегия?

— На методах, о которых давно говорят эксперты. По сути, сейчас происходит трансформация понятия «сила». Вооруженные силы НАТО должны вписываться в комбинацию «мягкой силы» и «жесткой силы»: действовать совместно с неправительственными организациями, международными институтами, которые используют рычаги политического и экономического давления на противника, организациями других стран, которые не являются членами НАТО, включая диверсионные спецподразделения.

Одна из конструкций, которая позволяет организовать такое взаимодействий, является концепция строительства объединенных вооруженных сил НАТО. Их центральный элемент — многовидовой батальон быстрого реагирования, который находится в состоянии постоянной боеготовности. В этот батальон входят авиация, сухопутные силы, военно-морская компонента и силы спецназначения. Это позволяет добиться более полной интеграции вооруженных сил.

Другой момент, который, как считают в НАТО, позволит эффективно реагировать на гибридные угрозы — существенное упрощение процедуры одобрения и финансирования операций. Предполагается, что генсек НАТО будет иметь больше полномочий, а странам-членам блока, которые одобрят новую «Стратегию гибридных войн», будет сложнее оставаться в стороне, если решение о проведении операции принято.

Наконец, еще один важный элемент новой стратегии — борьба с киберугрозами. Правда, аналитики альянса до сих пор спорят, являются ли такие угрозы военным или невоенным элементом.

— НАТО считает «гибридной войной» наши действия в Крыму. Если представить, что перед крымскими событиями у альянса была бы «Стратегия гибридных войн», как бы он противостоял России?

— В том-то и дело, что концепция гибридной войны не сводится к быстрому реагированию. Тут ситуация глубже, и нужно уметь действовать на опережение: создать так называемую сеть элементов безопасности.

Конкретно в Крыму НАТО нужно было бы загодя сформировать прозападное общественное мнение, и заранее развернуть свои силы. Например, развернуть в Севастополе, как и планировалось, инженерную базу ВМФ США, другие, как они это называют, «передовые пункты обеспечения безопасности». Тогда бы, конечно, ситуация на полуострове была бы другой. Плюс, конечно, Россия не смогла бы действовать эффективно, если бы в Крыму натовцы сумели с помощью кибератаки вывести из строя российскую систему связи.

Конечно, натовскую операцию в Крыму — особенно в случае угрозы со стороны России — пришлось бы экстренно финансировать. И тут бы пригодился специальный фонд генсека НАТО, который, насколько я понимаю, предполагается создать в рамках новой стратегии.

— Какие действия альянс предпримет после принятия «Стратегии гибридных войн»?

— Прежде всего — расширит программы партнерства на постсоветском пространстве: на Украине, где у альянса не слишком твердые позиции, в Грузии, в республиках Средней Азии. Напомню, что перед украинскими событиями основное внимание натовцы обращали именно на среднеазиатские республики, особенно на Киргизию и Таджикистан.

Для НАТО и США — поскольку американцы в альянсе главные, — неприемлема сама постановка вопроса, что у России имеются зоны особого влияния. И альянс, как инструмент внешней политики Белого дома, должен с такими российскими устремлениями бороться. «Стратегия гибридных войн» поможет делать это более активно.

До последнего времени Вашингтон был уверен, что экономическая зависимость России от Запада не позволит Москве предпринимать активные военно-политические шаги. Но сейчас ситуация изменилась, и Североатлантический альянс спешно реагирует — принимает стратегию, даже не дождавшись очередного саммита альянса.

— Как выглядит конечная цель США, ради чего НАТО планирует гибридные войны против РФ?

— Конечная цель Вашингтона — доминирование. НАТО должно связать Россию, изолировать ее, лишить возможности для геополитических маневров. Москва должна быть нейтральной по отношению к Западу, и больше даже не вспоминать о концепции «Русского мира». Фактически, США и НАТО устроил бы возврат России в 1990-е…

 — «Гибридная война» — выдумка американцев, призванная оправдать бессилие США, — уверен директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов. — Все ситуации, которые Вашингтон описывает этим термином, объединяет одно: американцы потеряли над ними военно-политический контроль, и не могут объяснить, почему это произошло.

Возьмите Крым и Донбасс. В НАТО убеждены, что все связанные с этими регионами события инспирированы Россией. А то, что люди там действительно думают по-другому, и не хотят признавать власть, которая пришла в Киев под националистическими лозунгами и в результате государственного переворота, — это США и их союзники видеть в упор не хотят.

Думаю, «Стратегия гибридной войны» — это попытка втиснуть события последнего времени в рамки понимания Запада, и не более того.

 

«Гибридная война охватывает широкий перечень различных типов военных действий. Обычно этот термин используют для описания сочетания военных и невоенных средств, скрытых и открытых операций. К примеру, сил специального назначения или того, что мы называем „маленькие зеленые человечки". Это комбинация различных гражданских и военных приемов», — пояснил Столтенберг.

По словам генсека, в альянсе примером «гибридной войны» считают действия России, приведшие к «аннексии Крыма», а также ее «активную роль» в конфликте в Донбассе. «И там и там Россия шла на уловки, в частности, публично отрицая, что в обоих случая были задействованы российские военные», — заявил генсек.

Значительная часть документа посвящена информационному противостоянию с Россией. Особая роль на этом направлении отводится открытому в Риге Центру стратегических коммуникаций НАТО (StratСom).

Стратегия несет и политическую нагрузку. Выступая в середине ноября на ежегодной конференции Европейского оборонного агентства, Столтенберг обозначил противодействие гибридной войне как ключевой элемент для расширения сотрудничества между НАТО и ЕС.

«Гибридная война не является новой. Это старо, как троянский конь. Чем она отличается от прошлого — это своим масштабом, скоростью и интенсивностью. И НАТО, и ЕС стремятся подготовить механизмы сдерживания и защиты от гибридной войны», — отметил тогда Столтенберг, попутно призвав европейские страны к «улучшению гражданской готовности и устойчивости, к киберобороне, защите стратегических коммуникаций, а также к совместной подготовке и учениям».

Надо, вместе с тем, понимать: термин «гибридные войны» в западном медийном пространстве является синонимом воздействия России на государства сферы влияния НАТО. Причем, речь идет о методе вмешательства в дела третьих государств за счет комбинации силовых и пропагандистских спецопераций и поддержки массовых уличных протестов.

Однако обвиняя Россию в ведении гибридных войн на Украине, и якобы существующей угрозе их ведения в отношения стран Балтии, в НАТО упорно обходят молчанием многочисленные эпизоды «цветных революций» — по сути, тех же гибридных войн, — которые члены блока и спонсируемых ими структуры организовывали на постсоветском пространстве и в Северной Африке.

Что стоит за принятием натовской «Стратегии гибридных войн», как она повлияет на политику альянса в отношении России?

 — Концепция гибридных войн в НАТО разрабатывалась давно, — отмечает заместитель директора Таврического информационно-аналитического центра РИСИ Сергей Ермаков. — Но обострение отношений с Россией способствовало более четкому представлению альянса, что именно считать гибридной войной, и кого в такой войне считать главным противником.

Нынешняя «Стратегия гибридных войн» — логическое развитие прежней концепции гибридных угроз, которая была сформулирована в 2010 году. В командовании стратегических исследований НАТО уже тогда говорили, что сложно в рамках традиционных концепций реализовывать задачи сдерживания по всему спектру, учитывая, что театры действий выходят за рамки Северной Атлантики. Аналитики альянса считали, что в такой ситуации нужно применять новые технологии и приемы. Правда, в 2010-м это в большей степени касалось террористических угроз, а Китай и Россия в числе угроз только намечались, но явно не указывались.

— На каких методах противодействия делает акцент новая натовская стратегия?

— На методах, о которых давно говорят эксперты. По сути, сейчас происходит трансформация понятия «сила». Вооруженные силы НАТО должны вписываться в комбинацию «мягкой силы» и «жесткой силы»: действовать совместно с неправительственными организациями, международными институтами, которые используют рычаги политического и экономического давления на противника, организациями других стран, которые не являются членами НАТО, включая диверсионные спецподразделения.

Одна из конструкций, которая позволяет организовать такое взаимодействий, является концепция строительства объединенных вооруженных сил НАТО. Их центральный элемент — многовидовой батальон быстрого реагирования, который находится в состоянии постоянной боеготовности. В этот батальон входят авиация, сухопутные силы, военно-морская компонента и силы спецназначения. Это позволяет добиться более полной интеграции вооруженных сил.

Другой момент, который, как считают в НАТО, позволит эффективно реагировать на гибридные угрозы — существенное упрощение процедуры одобрения и финансирования операций. Предполагается, что генсек НАТО будет иметь больше полномочий, а странам-членам блока, которые одобрят новую «Стратегию гибридных войн», будет сложнее оставаться в стороне, если решение о проведении операции принято.

Наконец, еще один важный элемент новой стратегии — борьба с киберугрозами. Правда, аналитики альянса до сих пор спорят, являются ли такие угрозы военным или невоенным элементом.

— НАТО считает «гибридной войной» наши действия в Крыму. Если представить, что перед крымскими событиями у альянса была бы «Стратегия гибридных войн», как бы он противостоял России?

— В том-то и дело, что концепция гибридной войны не сводится к быстрому реагированию. Тут ситуация глубже, и нужно уметь действовать на опережение: создать так называемую сеть элементов безопасности.

Конкретно в Крыму НАТО нужно было бы загодя сформировать прозападное общественное мнение, и заранее развернуть свои силы. Например, развернуть в Севастополе, как и планировалось, инженерную базу ВМФ США, другие, как они это называют, «передовые пункты обеспечения безопасности». Тогда бы, конечно, ситуация на полуострове была бы другой. Плюс, конечно, Россия не смогла бы действовать эффективно, если бы в Крыму натовцы сумели с помощью кибератаки вывести из строя российскую систему связи.

Конечно, натовскую операцию в Крыму — особенно в случае угрозы со стороны России — пришлось бы экстренно финансировать. И тут бы пригодился специальный фонд генсека НАТО, который, насколько я понимаю, предполагается создать в рамках новой стратегии.

— Какие действия альянс предпримет после принятия «Стратегии гибридных войн»?

— Прежде всего — расширит программы партнерства на постсоветском пространстве: на Украине, где у альянса не слишком твердые позиции, в Грузии, в республиках Средней Азии. Напомню, что перед украинскими событиями основное внимание натовцы обращали именно на среднеазиатские республики, особенно на Киргизию и Таджикистан.

Для НАТО и США — поскольку американцы в альянсе главные, — неприемлема сама постановка вопроса, что у России имеются зоны особого влияния. И альянс, как инструмент внешней политики Белого дома, должен с такими российскими устремлениями бороться. «Стратегия гибридных войн» поможет делать это более активно.

До последнего времени Вашингтон был уверен, что экономическая зависимость России от Запада не позволит Москве предпринимать активные военно-политические шаги. Но сейчас ситуация изменилась, и Североатлантический альянс спешно реагирует — принимает стратегию, даже не дождавшись очередного саммита альянса.

— Как выглядит конечная цель США, ради чего НАТО планирует гибридные войны против РФ?

— Конечная цель Вашингтона — доминирование. НАТО должно связать Россию, изолировать ее, лишить возможности для геополитических маневров. Москва должна быть нейтральной по отношению к Западу, и больше даже не вспоминать о концепции «Русского мира». Фактически, США и НАТО устроил бы возврат России в 1990-е…

 — «Гибридная война» — выдумка американцев, призванная оправдать бессилие США, — уверен директор Центра стратегической конъюнктуры Иван Коновалов. — Все ситуации, которые Вашингтон описывает этим термином, объединяет одно: американцы потеряли над ними военно-политический контроль, и не могут объяснить, почему это произошло.

Возьмите Крым и Донбасс. В НАТО убеждены, что все связанные с этими регионами события инспирированы Россией. А то, что люди там действительно думают по-другому, и не хотят признавать власть, которая пришла в Киев под националистическими лозунгами и в результате государственного переворота, — это США и их союзники видеть в упор не хотят.

Думаю, «Стратегия гибридной войны» — это попытка втиснуть события последнего времени в рамки понимания Запада, и не более того.





Опубликовано: legioner     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх