Лента новостей

02:16
Между США и Украиной ухудшились дипломатические отношения
02:13
«Мы их «Патриота» тоже не боимся»
02:04
Военные США бьют тревогу: Россию ждет прорыв в области искусственного интеллекта
02:02
Новости ЕС: в Германии борьба с экстремизмом, в России «подавление» свободы слова
02:01
Ан-124 «Руслан» уступит своё место «Слону»
02:00
Сара Хакаби Сандерс: «Я в настоящее время имею состояние благодати»
01:58
Документальный фильм: «Хакеры. Дымовая завеса»
12:02
Битва за Дейр эз-Зор: все или ничего
10:53
Не беси русского медведя
10:52
Русское оружие как инструмент политической борьбы
10:50
Почему Украина не Россия, а Порошенко не Путин
10:49
Штурм крепости ИГИЛ: Губительный огонь ВКС РФ и Армии Сирии деморализовал боевиков в Хаме
10:49
В Украине скоро могут закончиться патроны: военные эксперты оценили риски
10:48
ЕС рассмотрит введение санкций против Прибалтики и Украины за фашизм
10:47
Американский генерал признал, что США не имеют права находиться в Сирии
23:47
Немецкие СМИ недоумевают: какое отношение к делу медиа-холдингу «Вести» имеет военная прокуратура Украины?
23:46
«Крым не пройдет»: патриотичные «мытци» обещают расстрелять режиссера Пиманова, предложившего показать свой фильм украинским зрителям
23:45
ВСУ отступают после разгрома. Госдеп с патриотами заходятся в заунывном вое
23:44
«Правый сектор» требует запрета деятельности Freedom House на Украине
23:43
Тайна виртуальной «белочки» Петра Порошенко
23:42
Первые результаты расследования коррупции в Госкино Украины
23:40
ВКС РФ отправили в ад боевиков ИГИЛ, сожгли их базу и военную технику в сирийской Хаме
23:38
Бой под Красногоровкой: ВСУ могли быть разгромлены
23:10
Россия «уволит» миллионы американцев
23:02
Весь уголь в мире - российский
23:01
Госдума запретила анонимайзеры
22:57
Холопы просят войны
22:54
Путин зажёг «Сириус»: о чём спросили президента одарённые дети?
22:51
Поручения Путина заставили Порошенко заикаться
22:49
Майданщики вцепились в Лукашенко
14:12
Diena: Газовая дилемма между экономикой и геополитикой
14:03
Как всегда, ждут переворота в Москве
13:58
The Washington Post: Поразительная капитуляция Трампа перед Россией
13:54
Авианосец «Шторм» входит в штопор
13:51
Die Welt: Чего добиваются русские своими маневрами в воздухе?
11:28
Нехитрый план Путина для Украины
11:28
Из-за русских это потеряло смысл. На прекращение вооружения Америкой сирийской оппозиции
11:26
Реки крови в «раю исламистов»: Крупнейшие банды начали жестокую войну, отбивая друг у друга сирийские города
11:25
Ватутин продолжает пинать Шухевича
11:23
Новым продажам российских танков способствует операция в Сирии
11:19
Украина проживет на сале
11:18
Боевики снова готовят провокации с химоружием, чтобы вызвать агрессию США против Сирии
11:17
Зачем РФ покупает американские облигации
10:33
Там живут несчастные люди дикари, теперь официально
10:32
Путин указал на недопустимость сокращения часов изучения русского языка в республиках РФ
Все новости

Архив публикаций

«    Июль 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31 
» » Индия и Китай: выверенный союз конкурентов в глазах США

Индия и Китай: выверенный союз конкурентов в глазах США

Индия и Китай: выверенный союз конкурентов в глазах СШАГорячие события в Сирии создают впечатление, что мировая политика вся переместилась на Ближний Восток. Что ж, возможно, этот регион и доминирует в мировой телевизионной картинке, но процессы, которые идут несколькими тысячами километров восточнее, будут имеет для нового миропорядка куда большее значение.

В конце концов, Ближний Восток уже полвека главный поставщик новостей для мировых телеканалов — и никогда за это время не стал «точкой сборки» нового мироустройства.

Аналитики в Вашингтоне обратили внимание на, казалось бы, сугубо отраслевой факт. На прошлой неделе была опубликована статистика аналитической компании East & Partners, которая в исследовании «East's Asia Corporate T&E market report» отметила, что расходы крупнейших корпораций Китая и Индии на командировки в период с 2014 по 2015 год выросли на рекордные 20%. Это глобальный рекорд — по всем бизнес-направлениям.

3−7 ноября китайский вице-президент Ли Юаньчао совершил крайне важный визит в Индию. Это был первый случай, что китайский вице-президент совершил государственный визит в Индию — до этого государственными были только формальные, хотя и очень пышные визиты лидеров двух стран. Такими были вояж президента КНР Си Цзиньпин в Индию в сентябре 2014 года и ответный визит премьер-министра Индии Нарендра Моди в Китай в мае 2015 года.

Государственный характер визита Ли Юаньчао, — непубличного политика, отвечающего в КНР за экономическую стратегию на внешних горизонтах, а до этого пять лет (с 2007 по 2012) работавшего главным руководителем самого влиятельного, Организационного отдела ЦК КПК — говорит о том, что поиск точек экономического сближения Индии и КНР перешел на уровень финального оформления. Никто из авторитетных американских «мозговых трестов» не видит перспектив для политического, а тем более военного сближения Дели и Пекина, но вот экономическое сближение think-tank'ов в своих отчетах конца ноября рассматривают как практически свершившийся факт.

Индия и Китай имеют разные мотивы, чтобы сотрудничать друг с другом, но их главная цель общая — «сосуществование вне рамок политического и военного союзов». Экономика как гарант надежности такого режима «сосуществования» подходит лучше всего.

Под руководством Моди Индия ищет подходы к Китаю, чтобы привлечь масштабные инвестиции в национальную кампанию «Сделайте в Индии» — центральной кампании ее стратегии модернизации. С другой стороны, Китай объявил о политике расширения инвестиций вне китайской экономики, и Индия логично становится привлекательным местом для китайской прямых иностранных инвестиций. В ходе визита председателя КНР Си Цзиньпина в Индию, Китай уже обязался инвестировать 20 млрд долларов в Индии.

В настоящее время Китай уже второй по величине торговый партнер Индии после Объединенных Арабских Эмиратов. Но если сотрудничество с шейхами залива имеет естественные структурные ограничения, — финансы и только финансы, другого у монархий залива просто нет — то китайцы могут предложить не только деньги, но и другие ресурсы, прежде всего политические.

Вице-премьер Ли Юаньчао прибыл в Дели из Кабула, где имел весьма перспективные встречи с афганским руководством. Для Индии прямые контакты с тем же Афганистаном, например, довольно трудны: индо-пакистанский конфликт никуда не исчез, а важность хороших отношений с Исламабадом для Кабула куда важнее самых заманчивых предложений Дели. Китайцы здесь могут быть не только партнерами, но и лицом сделок.

Для самого Китая такая же ситуация складывается на юге. Морские территориальные споры Китая в Восточно — и Южно-Китайских морях, а также сохраняющаяся напряженность по поводу «толкования истории», делает для Китая сложным выстраивание политической базы для стабильных, долгосрочных отношений с любой из мощных экономик региона — что с Японией, что с Филиппинами или Вьетнамом.

В ситуации, когда Соединенные Штаты активно втягиваются в потенциальный конфликт вокруг строящихся китайцами искусственных островов, Пекин хочет убедиться, что Индия не присоединится с Соединенными Штатами и другим претендентам в этом споре. Инвестиции из Китая, еще не освоенные, но уже обещанные — хороший стоп-фактор для Индии вежливо отказать Вашингтону.

Получается, отмечают вашингтонские аналитики, что Индия может стать драйвером совместных индийско-китайских проектов в Юго-Восточной Азии, а Китай в Афганистане и Пакистане — и далее на запад.

Союз ли это? Конечно, нет. Скорее, вынужденное партнерство — там, где каждый по давним политическим причинам не может работать от своего имени.

Если главный приз, который приносит Китай в этот союз — инвестиции, то у индусов такой приз — участие в китайской глобальной инициативе «Один ремень, одна дорога» (OBOR). В прессе и аналитике России этот проект обычно называют «Новый шелковый путь» и говорят только о его северном маршруте — железнодорожном коридоре через Казахстан и Россию в европейские страны.

Но в действительности проект состоит из двух маршрутов — северного, железнодорожного и морского южного. Было бы странным ожидать от крайне осторожных и планирующих на десятилетия китайцев, что они связали бы себя в таком важном проекте одним коридором, да еще проходящим через земли двух довольно волатильных во внешней политике стран — России и Казахстана. Так что второй маршрут, в котором как раз портам Индии (прежде всего, Калькутте) уделяется первостепенная роль, — это не просто экономическая необходимость, это и политическая гарантия Пекина перед лицом будущих запросов Москвы и Астаны.

Регулярный обмен визитами на высоком уровне между китайскими и индийскими лидерами — семь менее чем за два года — воспринимается в Вашингтоне как способ убедить Индию присоединиться к предлагаемой Китаем инициативной OBOR. Китайское руководство приглашает Индию в OBOR с 2013 года, но до сих пор Индия не спешит одобрить инициативу, подсчитывая возможности и, главное, что попросить у Китая в качестве платы — помимо прямой экономической выгоды.

Формально Индию не устраивает «отсутствие прозрачности» в проекте, что аналитиками читается как монопольная роль Китая как организатора и в перспективе оператора проекта «Один ремень, одна дорога». Быть просто бенефициаром для Дели мало; индусам хотелось бы — как и китайцам — использовать этот проект и в качестве инструмента политического влияния. В конце концов, не только у китайцев есть территориальные споры и собственные напряжения вокруг «толкования истории».

Китай же Индию зовет, но именно как экономического партнера — предпочитая политические инструменты OBOR не распылять и уж точно ни с кем не делить.

Пекин подталкивает Дели тем инструментом, который у него сейчас в избытке — инвестициями. Но не обещанием их для индусов — а уже реализованными проектами с региональным соперником индусов, Пакистаном.

Китай уже объявил инвестиции в размере 46 млрд долларов для китайско-пакистанского экономического коридора (CPEC). В настоящее время это единственный субпроект OBOR, где идет практическое строительство.

Китайцы, отмечают в Вашингтоне, заметно рискуют — CPEC проходит через Кашмир, который до сих пор является спорной территорией между Индией и Пакистаном. Ведь 3000-километровая сеть трубопроводов, железных дорог и автомагистралей, которая строится в рамках CPEC китайцами и на китайские деньги, но на спорной земле, которую индусы рассматривают как свою, — это сильнейший аргумент для стабильности между Дели и Исламабадом. Китай становится самым важным игроком в длительной истории Индо-Пакистанского территориального спора — и игроком «партии мира».

Все это крайне выгодно для Дели, но, одновременно, оставляет немного времени, чтобы успеть воспользоваться ситуацией. Партию, пусть не такую блестящую, могут разыграть и без Индии.

Все это никак не отменяет полувекового приграничного спора, как и проблемы Тибета. Однако, похоже, нынешнее руководство и Индии, и Китая решило переложить эти задачи на плечи внуков, сконцентрировавшись сегодня на том, чтобы эти внуки привыкли получать прибыль от общего глобального бизнеса. Общая прибыль — лучший миротворец.

Александр Шпунт





Опубликовано: legioner     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх