Лента новостей

17:32
Порошенко взял Грефа в заложники
17:27
За США тактика, за Россией стратегия
17:23
Порошенко и Лукашенко снова братья-славяне
17:17
Frankfurter Allgemeine Zeitung: Смерть в Киеве
17:13
Специальное учение войск связи ЦВО
17:11
The Washington Post: Россия вышла настоящим победителем
17:09
Малый ракетный корабль «Углич» начал подготовку к морскому походу в Каспийское море
15:53
США вряд ли станут союзником Украины
15:45
«Смерть Вороненкова не поможет Киеву получить транш»
15:42
Deutsche Welle: На Украине можно делать бизнес без взяток
15:39
Бойню в Чечне устроили в День Конституции (список потерь)
15:34
Bloomberg: Убийство перебежчика — пугающий знак
15:25
В своей стране — хозяева и наследники
15:21
Politiken: Германия должна остановить русский газ
15:18
Россия — Турция: кто кого шантажирует
12:30
The Wall Street Journal: Только Трамп может урегулировать украинский кризис
12:16
Вояж эстонских депутатов в Москву не вернет российский транзит
12:15
«Газпром» подталкивают к замене «Турецкого потока» на «Южный»
12:15
Киевсовет захотел уйти от долгов и призвал к санкциям против компании из России
12:14
Лукавый конь Порошенко
12:13
Одумались: Нацбанк Украины призвал защитить российские банки
12:13
Кто взорвал Балаклею, или Почему партизанам не было бы сложно
12:11
Хороших новостей столько, что нужно съесть лимон
12:10
«Никто не хотел воевать». Климкин признал, что «союзники» не хотят сражаться за Украину
12:10
Марин Ле Пен прибыла в Госдуму
12:09
Шесть бойцов Росгвардии погибли при нападении боевиков в Чечне
11:54
Рабочие Донбасса не сдаются
11:50
Наш ответ за Юлию: вышлем заробитчан на хутора
10:41
Так говорить нельзя
10:37
На Черноморском флоте проходит учение противолодочных сил
10:34
«Путин хочет остановить киевское метро»: Кличко анонсировал транспортный коллапс европейской столицы
10:33
Кто стоит за взрывами в Балаклее?
09:43
Детонация Точек-У на складе в Балаклее
09:37
Подлый удар в спину
09:23
Россия и Турция на грани «томатно-зерновой» войны
09:21
Slate: Как Западу защититься от путинской России
09:17
Янки из Швеции. История человека и корабля
09:10
«Бог войны» разлюбил Украину
09:07
Американцы создают «небесные авианосцы»
09:05
Halo noviny: Заявления о российской военной угрозе иррациональны
09:00
В ВВО проведено летно-тактическое учение с использованием истребителей-бомбардировщиков Су-34
08:59
Да кому ты сдалась, Украина?!
08:59
Проект «Латвия» – всё
08:56
Medya Gunlugu: Анкара и Москва: брак поневоле
08:56
Бывший сотрудник спецслужб: Долг Вороненкова будем требовать с Максаковой
Все новости

Архив публикаций

«    Март 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 
» » Новая предсказуемость России

Новая предсказуемость России

Новая предсказуемость РоссииО контурах будущей внешней политики России рассуждает Иван Тимофеев, принявший участие в очередном ежегодном заседании Международного дискуссионного клуба Валдай.

 

На фоне украинского кризиса и российской операции в Сирии сформировалось мнение о слабой предсказуемости российской внешней политики. Действительно, оба события стали неожиданностью даже для российских экспертов и политиков, не говоря уже о зарубежных наблюдателях. Сюрпризом оказалась скоротечность, жесткость и беспрецедентность подобных шагов в новейшей истории России.

Значит ли это, что российская политика в будущем будет столь же непредсказуемой? Нет. Сирия и особенно Украина стали «точками бифуркации» – переходом политического курса страны в иное качество. Новая конфигурация российской политики вырисовывается вполне четко, а значит, в будущем она будет более предсказуемой.

Но такая предсказуемость не гарантирует нормализации отношений с Западом. Более того, основные параметры внешней политики России будут определяться сохранением дистанции в отношениях с США и их союзниками. До украинского кризиса отношения Россия–Запад характеризовались нарастающим отчуждением при сохранении риторики и институтов партнерства. Неожиданностью оказалась скорость и глубина обрушения этих связей, хотя расхождения позиций и проблемы институтов были очевидны задолго до конца 2013 г. Шок от кризиса уже позади. Сегодня можно говорить по крайне мере о нескольких элементах российской предсказуемости.

Первое. Российская политика на западных границах будет носить оборонительный, а не наступательный характер.

Вопреки фобиям многих восточно-европейских государств, вряд ли стоит ожидать каких-либо военных шагов против новых членов НАТО. Инциденты в воздушном, морском и киберпространстве будут повторяться. Угрозой здесь является эскалация в результате непреднамеренных столкновений. Но никак не заранее спланированных операций. Оборонные расходы, направленные на отражение «российской агрессии», будут с удовольствием потрачены генералами. Но их отдача в решении реальных проблем будет близка к нулю. Вероятна локальная гонка вооружений с обеих сторон и периодические обострения в балто-черноморском регионе. Военная активность по обе стороны границы будет рассматриваться как провокация и элемент «гибридной войны». В этом отношении стороны будут зеркально отражать друг друга.

Второе. Любая попытка военного и экономического проникновения Запада на постсоветское пространство будет восприниматься в России непропорционально остро.

Если ранее подобное проникновение микшировалось партнерством, то теперь оно безоговорочно воспринимаются как игра с нулевой суммой. Постсоветское пространство воспринимается как арена геополитики, а не партнерства. Проблему усугубляет внутренняя слабость многих постсоветских государств. Они могут оказаться в кризисе и без заметного вмешательства извне. Но любой такой кризис чреват очередным витком конкуренции России и Запада, которые постараются воспользоваться его следствиями в своих интересах. И Россия, и Запад — заложники целого ряда слабых государств на постсоветском пространстве. Россия постарается решить для себя эту проблему путем совершенствования альянсов с наиболее стабильными постсоветскими странами и вовлечением более слабых (ЕАЭС, ОДКБ). Парадоксальным образом, Запад может выиграть от успеха этих альянсов. Роль других членов в них неизбежно будет высокой (особенно Казахстана и Белоруссии). Это позволит «усреднить» позиции в отношении внешнего мира и выйти на создание новой структуры отношений на принципиально новых условиях партнерства.

Третье. Ключевым доктринальным элементом внешней политики России станет идея противодействия анархии, распаду государств и сохранения государственного порядка.

Эта идея будет противопоставляться теории демократизации как гаранта развития. Вокруг нее Россия будет выстраивать ситуативные или же долгосрочные альянсы с другими региональными и глобальными игроками. Она же с успехом может использоваться для внутренней аудитории. Россия вполне может взять на себя роль лидера консервативной мировой политики – осторожных, прагматичных изменений с опорой на особенности каждого конкретного государства. Концепция демократии в таком ключе тоже может быть повернута на сторону России – постепенная демократизация изнутри с учетом местных традиций вместо искусственной демократизации извне. В лице КНР Россия, вероятно, попробует найти партнера в продвижении данной доктрины.

Четвертое. Россия становится более активным военно-политическим игроком за пределами своих территорий.

Однако эта активность будет носить точечный характер в силу ограниченности ресурсов. Помимо Сирии возможной точкой вмешательства России может стать выполнение союзнических обязательств в Центральной Азии в случае террористической угрозы со стороны базирующихся не территории Афганистана боевиков. Данное вмешательство будет осуществляться силами высоко мобильных частей и соединений при активном участии воздушно-космических сил.

Пятое. Россия будет предпринимать усилия по развитию новых региональных международных институтов, таких как БРИКС и ШОС.

Функциональность и работоспособность этих институтов остается открытым вопросом. России придется искать оптимальные механизмы взаимодействия с крупными незападными игроками при том, что ни один из них не будет рвать отношения с Западом и формировать явно антизападные коалиции. Сама Россия сохранит экономические отношения с Западом и будет развивать их при том, что бизнес с обеих сторон уже заложил риски политических кризисов в свои планы и проекты. Экономическое закрытие России и ее выпадение из глобальной экономики — маловероятный сценарий. Относительно слабые экономические позиции будут компенсироваться весомой политической ролью страны. В этом контексте, попытки укрепить роль ООН и свое место в организации также будут свойственны российской политике.

Шестое. Институты европейской безопасности и ключевые договоры с участием России подвергнутся эрозии.

Однако Россия вряд ли будет инициировать их окончательный демонтаж. Россия заинтересована в сохранении диалога с США в области стратегической стабильности. Но этот диалог с большой вероятностью будет сопровождаться развитием стратегических вооружений с обеих сторон. Украинский кризис создал крайне негативный прецедент политизации диалога в рамках таких базовых договоров как РСМД и СНВ. Этот прецедент окажет негативное влияние на будущий диалог.  

Седьмое. Фактором российской внешней политики будет в растущей степени выступать состояние ее экономики и ожидания общества.

Ресурс сплочения перед внешней угрозой недолговечен. Российская власть и бизнес вынуждены будут пойти на радикальные шаги по повышению своей эффективности. Кризис дает возможность реализовать реформы, которые были бы невозможны в условиях стабильности. Подобные изменения необходимы и для нового этапа наших отношений с зарубежными партнерами. Даже в условиях благоприятных политических отношений, сдерживающим фактором развития отношений все чаще становится состояние российской экономики. Ее реформирование должно открыть новые ресурсные ниши для экономического роста, хотя и чревато серьезными рисками. Способность государства гарантировать главенство закона и пространство для частной инициативы — одно из ключевых условий успеха реформ.

Сегодня и Россия, и другие игроки сталкиваются с процессами, которые они не могут контролировать. Религиозный радикализм, миграция, дезинтеграция государств — лишь малая часть. Рано или поздно это ударит по всем, а значит нам придется координировать свою политику и действовать сообща. Недавний кризис дает возможность выстроить новые параметры отношений России со своими партнерами.

Об авторе: Иван Тимофеев, к.полит.н., программный директор





Опубликовано: legioner     Источник

Похожие публикации


Добавьте комментарий

Новости партнеров


Loading...

Loading...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Наверх